Балет «жар-птица» стравинского в александринском театре - JEKATERINBURG.RU

Балет «жар-птица» стравинского в александринском театре

Премьера балета «Жар-птица» в постановке Дагласа Ли

30 ноября в Александринском театре состоялась мировая премьера — Санкт-Петербургский государственный академический театр балета имени Леонида Якобсона впервые показал постановку «Жар-птица» по сказке А.Толстого на музыку И.Стравинского.
Событие посвящено 115-летию Якобсона и 50-летию его Театра балета.

Вечер включал в себя не только премьеру, но и уже известные публике и полюбившиеся ей хореографические миниатюры Якобсона: нежные «Па де катр» и «Pasdedeux», «Свадебный кортеж», поставленный по мотивам работ Марка Шагала, «Венский вальс», веселые «Влюбленные», элегантный «Вестрис», забавные «Кумушки», на которых невозможно смотреть без улыбки, и классический «Секстет». Весь вечер в зале звучала музыка в исполнении Санкт-Петербургского государственного академического симфонического оркестра под управлением заслуженного артиста России Александра Титова. Зрители, в очередной раз, смогли удивиться и восхититься талантом и гениальностью великого Леонида Якобсона, особенностями его постановок и пластике танцоров! Он доказывал своим творчеством, уникальным и столь непохожим, что искусство может быть разным, а танец не классическим. Работы балетмейстера были невероятно харизматичными, смелыми и от этого интересными и заслуженно востребованными чутким зрителем.

Костюмы для первых двух актов полностью обновлены, ведь предыдущие создавались еще при Леониде Вениаминовиче! Замечательный новый гардероб удалось создать Татьяне Ногиновой. Декорации тоже претерпели изменения. Над ними работала художник-постановщик Альона Пикалова.

Но все же главной интригой вечера была, конечно, «Жар-птица». Постановкой этого одноактного балета занимался британский хореограф, лауреат «Золотой маски», Даглас Ли. Балетмейстер уже не раз работал с российскими танцорами. Для Пермского театра оперы и балета он создал спектакли: в 2010 году «Воспоминание», в 2014 году «Когда падал снег». За последний, в 2016 году, получил«Золотую маску».

«Жар-птица» — выбор самого хореографа. Ли мечтал поставить балет именно по этой сказке, и благодаря Андриану Фадееву, художественному руководителю театра, его желание осуществилось. Даглас Ли остался доволен работой с танцорами театра и считает их уровень хореографии достойным. Даже языковые барьеры не помешали совместному творческому союзу.

В «Жар-птице» сохранена сюжетная линия. Мы видим и Кощея Бессмертного (Андрей Сорокин), и Царевну (Елена Чернова) с Иван-Царевичем (Денис Климук), а также 12 царевен, словно плывущих по сцене в длинных пышных платьях, прельщенных «золотыми яблоками». Партию Жар-птицы исполняет заслуженная артистка России Алла Бочарова.

Даглас Ли – приверженец неоклассики в танцах, и это, безусловно, отражается на его постановках. В 1996 он стал танцором в труппе Штутгартского балета. Тремя годами позже создал свой первый балет «Jane, John, John, Jane, Jane, John», который пользовался большим успехом у публики. До 2011 года он совмещать работу танцовщика и балетмейстера, но последний наконец победил: сейчас Ли полностью отдает себя постановкам. И этот выбор дарит миру балета немало прекрасных спектаклей!

Свой юбилейный сезон театр проводит очень интересно: 22 октября и 3 декабря зрители увидели «Дон Кихота» от Йохана Кобборга, 31 октября представлен «Щелкунчик» в постановке В. Вайнонена, 19 ноября и 10 декабря на сцене Мариинского театра — «Спящая красавица» в хореографии Жана-Гийома Бара Поздравляем Театр с пермьерой и желаем ему дальнейшего процветания.

Текст: Ирина Юршина
Фото: Евгений Юршин

Игорь Стравинский Жар-Птица / Весна священная

В 1956г. Игорь Моисеев тайно при пустом зале показал импресарио Солу Юроку балет «Весна Священная» молодых хореографов Касаткиной и Василёва. Юрок сразу решил открыть этим спектаклем самые первые гастроли Большого Театра в США и пригласил встать за дирижерский пульт самого Стравинского.
Балетмейстеры Наталия Касаткина и Владимир Василёв создали особый хореографический, пластический язык для выражения мощной и исполненной ярких образов музыки Стравинского, язык новаторский и изобретательный. Этим языком прекрасно владеют артисты труппы.

«… Игорь Cтравинский — классик двадцатого века, самый настоящий классик… «Жар-птица» — это первый балет Стравинского. Нам в конце двадцатого столетия захотелось вернуться к его началу, к «русским сезонам» в Париже, «Миру искусства», «серебряному веку», когда была написана эта изумительная музыка…»
Наталия Касаткина

Красивая волшебная сказка для детей и взрослых о колдовстве, любви, удивительных приключениях… В спектакле много световых и сценических эффектов, это наcтоящая феерия.

Этот спектакль балетмейстеров Наталии Касаткиной и Владимира Василёва в свое время для отечественного музыкального театра означал невероятный прорыв – прорыв репертуарный, хореографический, стилистический, философский, мировоззренческий…И по сей день этот балет продолжает абсолютно магически действовать на аудиторию.

Касаткина и Василёв были первыми, кто после 1917 года осмелился поставить в нашей стране эпохальный балет на музыку Игоря Стравинского. Новаторскую и сложную музыку многие не воспринимали. Наталия Касаткина и Владимир Василёв поняли её глубоко и адекватно.

«Нас довольно много ругали за то, что из картин мы сделали сюжетный спектакль, — говорит Наталия Касаткина. — Но мы услышали в этой музыке историю, которую и рассказали». Версия Наталии Касаткиной и Владимира Василёва получила одобрение автора, композитора Игоря Стравинского.

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были Иван-царевич и Царевна Краса Ненаглядная. Пришла пора — полюбили они друг друга. Вот однажды пошли они гулять и забрели в лес дремучий.

А лес тот был не простой, а волшебный. Было это царство Поганое злого Кощея Бессмертного. Сам он спал, на цепях железных качаясь, а рядом с ним яйцо светящееся, а в нём смерть Кощея. На ветвях сидит Жар-птица — яблоки золотые клюёт.

А Царевич с Царевной ничего не замечают, всё целуются, да милуются. Но вот Кощей стал во сне с боку на бок ворочаться. Зашевелился, ожил заветный лес, полетела Жар-птица, пёрышко уронила. Иван-царевич и бросился во след за тем пёрышком огненным. Осталась Царевна Краса Ненаглядная одна-одинёшенька в тёмном лесу. Кругом Окаяшки, да Билибошки — слуги Кощеевы. Снуют, щиплют её, щекочут. Страшно Царевне, заплакала она. А Кощей-то руку протянул, тронул её, и застыла Царевна как мёртвая.

А Иван гонялся, гонялся за пёрышком, да и поймал самою Жар-птицу. И видит Иван, будто это вовсе не Жар-птица, а Царица Заморская. Понравился ей Иван и заворожила его Царица Заморская так, что забыл он невесту свою Красу Ненаглядную.

А как опомнился, снова стала колдовать влюблённая Жар-птица. Вызвала она двенадцать царевен и все как две капли воды на невесту Иванову похожи — выбирай мол. А Царевны те тоже были заворожённые. Стали девушки с Иваном в жмурки играть, и узнал он свою любимую по ручкам её ласковым, да по сердечку трепетному. Помолвили Царевны-подружки Ивана с невестой его.

Разозлилась Жар-птица, разбудила Кощея и бросилось всё поганое воинство вдогонку за Иваном и его невестой. Разбежались царевны в разные стороны.Не догнал Кощей влюблённых, и вызвал он самого Змея Горыныча. И прилетел Змей. Пленили они Ивана и Красу Ненаглядную и подружек её, что Кощея ослушались. И снова ворожит Жар-птица — хочет Ивана завлечь.

Читайте также  Отель blue sky on nevsky – мини-отель спб недорого в центре

Но собрался Иван со всей своей силой богатырской и победил Змея Горыныча, а яйцо святящееся, где Смерть Кощея хранилась, оземь разбивает. Тут Кощею конец настал, а Жар-птица осталась ни с чем.
И в тот же миг исчезло Царство Поганое, а вместо него возник город заснеженный с золотыми куполами.Ожили заколдованные девушки. Тёплыми платками укутали их Витязи Прекрасные, и сыграли свадьбу Ивана-царевича и Царевны Красы Ненаглядной.

Славянское племя собиpается на пpаздник священной весны.

По выбоpу Бесноватой одна из девушек должна быть пpинесена в жеpтву богу Солнца.

Избpанницей становится возлюбленная Пастуха, котоpый не в силах ее спасти.

В Пастухе закипает пpотест пpотив жестокости и ваpваpства.

«Жар-птица» в Театре балета имени Якобсона

Юбилейный, 50-й сезон петербургский Театр балета имени Леонида Якобсона начал с торжественных речей представителя городской администрации и художественного руководителя коллектива, а также премьеры. С археологическим тщанием возобновлена и отрепетирована еще одна серия миниатюр из творческого наследия Якобсона, а хореограф Даглас Ли поставил для труппы новый балет «Жар-птица». На премьере, проходившей на сцене Александринского театра, побывала Ольга Федорченко.

Худрук театра Андриан Фадеев последовательно проводит курс на восстановление якобсоновского наследия и расчистку его первоначальной хореографической красоты. Так, несколько лет назад постарались вернуться к первозданной белизне цикла «Роден». Теперь очередь дошла до разрозненных миниатюр из различных циклов «Классицизм», «Романтизм» («Па де катр», «Pas de deux», «Венский вальс», «Секстет») и условной сюиты на еврейские темы («Свадебный кортеж», «Влюбленные», «Кумушки»). Номера рассредоточили вне какой-либо стилевой привязки, комбинируя их по контрастному принципу: лирика — комедия — трагедия или классика — гротеск, который более подходит для торжественных концертов лауреатов международных конкурсов. Премьерное настроение, впрочем, чувствуется и в новых костюмах, созданных Татьяной Ногиновой, и в живом оркестре под управлением Александра Титова — давно, очень давно миниатюры Якобсона не исполнялись под живое звучание, тем более что музыку великий ниспровергатель классических канонов выбирал не самую балетную. Оркестр с видимым удовольствием исполнял произведения Беллини, Россини, Моцарта, Банщикова и Стравинского. Актерское исполнение не всегда отличалось ровностью; жанровые номера (искрометные «Кумушки» и канкан «Влюбленных» под «Семь сорок») вызвали более энтузиазма в публике, нежели утонченный «Па де катр» в ювелирной исполнительской нюансировке или танцевально зыбкий «Па де сис». А «Свадебный кортеж», десятиминутный балет невероятной силы, премьера которого состоялась за несколько месяцев до смерти Якобсона, по мне так представляется лучшим сочинением ленинградского балета 1970-х годов. Тема Исхода, помноженная на выбранную для спектакля траурную музыку — Трио Дмитрия Шостаковича памяти Ивана Соллертинского,— пусть даже и замаскированная рассказами Шолом-Алейхема, звучит погребальным реквиемом, который Мастер сочинил для себя.

«Жар-птица» молодого хореографа Дагласа Ли, исповедующего неоклассический стиль, была представлена как мировая премьера. Господин Ли отказался от внешних фольклорных атрибутов русской сказки, будь то яркие перья райской птицы или кокошники заколдованных принцесс. Его история лапидарна и монохромна, действие происходит в каком-то темном лесу, где рассвет не наступит никогда, по которому блуждают темные тени приспешников Кощея, а он сам подманивает невинные жертвы золотыми яблоками. Что он делает с этими жертвами и зачем ему разом 12 царевен, явившихся за золотыми плодами с покорностью зомби, хореограф не уточняет. Царевны, облаченные в роскошные фантастические кринолины (костюмы Эвы Адлер), шествуют знаменитой походкой ансамбля «Березка», в чем, несомненно, проявляется их русская душа.

Главные персонажи балета Иван-царевич, Кощей, Жар-птица, Царевна равноправны и однотипны пластически. Хореографический стиль господина Ли можно определить как «червеобразный»: его излюбленный прием — заставить тело танцовщика извиваться вне зависимости от возможностей позвоночника. Извивается Кощей (Андрей Сорокин) в нескончаемой агонии ночного воя на луну. Извивается Жар-птица (Алла Бочарова), так плотно обвившая торс Ивана-царевича (Денис Климчук) во время своей поимки, что даже сомнения возникают, кто кого поймал. Зыбкими тенями извивается свита Кощея. Связываются в единый узел в сцене сражения Иван-царевич и Кощей. Не извивается только Царевна (Елена Чернова), олицетворяющая, вероятно, прямолинейность и несгибаемость русской женщины. Иногда хореограф берет пластические паузы, и тогда артисты замирают в красивых и многозначительных позах или смело расчерчивают планшет сцены, выстраиваясь в ровные колонны и шеренги, из которых живописно-веерно рассыпают ряды. Смерть Кощея обрела большой пластический смысл: герой Андрея Сорокина, перестав наконец-то колыхаться, замер в устойчивой «свечке», которую «задул» Иван-царевич, лопнув синий шарик, символизировавший яйцо с Кощеевой смертью.

Перед началом спектакля в торжественных речах господин Фадеев сравнил творчество Леонида Якобсона с «выстрелом в упор». Первые два отделения это сравнение подтвердили. «Жар-птица» же Дагласа Ли — это стрельба из пушки по яблокам. Золотым.

Судьбоносная «Жар-птица». Как балет спас философа от расстрела

Балет «Жар-птица» — один из самых невероятно красивых, горько-прощальных символов дореволюционной России. Впоследствии его блеск затмит даже славу многих балетов, созданных дягилевской труппой в 1910 — 1920-х годах, однако история его появления совсем не проста.

Эскиз костюма Жар-птицы для Тамары Карсавиной, выполненный художником Леоном Бакстом, 1910 г. РЕПРОДУКЦИЯ. ФОТО АВТОРА Подмостки

Рожденная фантазией Сергея Дягилева, Михаила Фокина и музыкой Игоря Стравинского, «Жар-птица» долго не могла обрести «человеческий» облик, то есть ни одной из знаменитых балерин тех лет не удавалось станцевать героиню.

Дягилев первоначально видел в этой роли Матильду Кшесинскую, яркую, смелую, открытую к новым поискам, не боявшуюся модерна в танце. Фокин же предпочитал Анну Павлову, но она, консервативно-классическая балерина, воспринимала «Жар-птицу» как декадентскую выдумку.

В разгар терзаний и поисков перед авторами «Жар-птицы» предстал очаровательный силуэт не менее знаменитой балерины Тамары Карсавиной. Игорь Стравинский вспоминал: «Фокин занимался постановкой танцев с большим рвением и любовью, [но] распределение ролей не соответствовало моим желаниям. Павлова с ее тонким и острым силуэтом. больше подходила к роли сказочной птицы, чем Карсавина с ее нежным женским обаянием. Обстоятельства судили иначе, и я не жалуюсь, так как исполнение Карсавиной роли птицы было безукоризненным, и эта очаровательная артистка. имела очень большой успех».

Первое представление «Жар-птицы» состоялось 25 июля 1910 года в Париже. Зрители были в таком восторге, что как будто сошли с ума. Карсавина вспоминала: «Боже мой! Я никогда не видела публику в таком состоянии. Можно было подумать, будто под креслами горит огонь, запертые двери, ведущие за кулисы, оказались бессильны. В антракте зрители врывались на сцену, чтобы прикоснуться к чуду, к невероятно красивым в своих костюмах главным героям». Ими были Вацлав Нижинский и Тамара Карсавина.

Бронислава Нижинская, сестра Вацлава, писала: «Карсавина была обворожительна. Прекрасные черные глаза, тонкие черты лица в обрамлении золотого убора с разноцветными перьями — все это делало ее волшебницей». После ослепительного успеха в Париже балет показывали только за границей и изредка — на сцене петербургского Эрмитажного театра для избранной публики.

Читайте также  Отель ланкастер корт 4 звезды в петербурге у метро выборгская

Спустя десятилетия Карсавина описала случай, когда, как в сказке, ее «Жар-птица» спасла человека в реальной жизни. Это случилось в годы эмиграции, за границей, где она встретила своего родного брата Льва Платоновича Карсавина — известного религиозного философа, историка-медиевиста. Тот рассказал, как однажды ночью его, сидевшего в застенках «Крестов», схватили и доставили в ЧК. Ночные допросы вызывали зловещие предчувствия. Комиссар, сам из «бывших», но теперь истый чекист, грозно спросил Льва Платоновича:

Дальше собеседники перешли на темы искусства, об обвинении больше не говорилось ни слова, а затем этот комиссар, оставшийся неизвестным, посодействовал, чтобы философа Л. П. Карсавина не расстреляли, не выслали в Сибирь, а вывезли из страны вместе с семьей на печально знаменитом «философском» пароходе.

На прощание чекист попросил Льва Платоновича: «Напишите сестре, чтобы она возвращалась. Скажите, что ей окажут все подобающие почести». Но «Жар-птица» не могла вернуться в страну, где сказки больше не было.

Только в 1960-х годах «Жар-птицу» поставили в Большом театре в Москве — в честь Михаила Фокина. Главную роль исполнила блистательная Майя Плисецкая. С 1994 года балет с большим успехом идет в Мариинском театре.

Материал опубликован в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 191 (6544) от 11.10.2019 под заголовком «Философа спасла «Жар-птица»».

Балет «жар-птица» стравинского в александринском театре

Худрук Театра балета Якобсона: «Не вижу ничего плохого в том, чтобы шокировать»

Андриан Фадеев рассказал «Фонтанке» о традиции и новациях в балетном искусстве — и о красоте, «которая не может навредить».

Петербургский Театр балета имени Леонида Якобсона в 2018-2019 годах празднует двойной юбилей. Начавшийся сезон стал пятидесятым для труппы. А в январе 2019-го отмечается 115-летие легендарного хореографа-экспериментатора.

В честь этих событий 30 ноября театр проведёт вечер одноактных балетов на сцене Александринского театра. В первом и втором отделении покажут лучшие миниатюры Якобсона — «Па де катр», «Влюбленные», «Секстет», «Венский вальс» и другие. А в третьем состоится премьера балета «Жар-птица» на музыку Игоря Стравинского. Спектакль поставил британский хореограф Даглас Ли, лауреат «Золотой маски» 2016 года за балет «Когда падал снег» в Пермском театре оперы и балета. Сценографию и костюмы создала Эва Адлер, художником по свету стал Сакис Бирбилис, в главных партиях — Алла Бочарова, Денис Климук, Андрей Сорокин.

По просьбе «Фонтанки» критик Анна Гордеева побеседовала с художественными руководителем Театра имени Якобсона Андрианом Фадеевым.

— Юбилейный пятидесятый сезон труппа театра отмечает двумя премьерами в один вечер. Почему к восстанавливаемым и обновляемым миниатюрам Якобсона добавляется балет именно Дагласа Ли? Что вам кажется важным в стиле этого хореографа?

— Создатель Театра был хореографическим новатором тех лет, с ним мечтали работать величайшие танцовщики. И этот вечер — своеобразный мост от ультрасовременного танца второй половины XX века в хореографию сегодняшнюю. Какой путь прошёл балет за эти 50 лет? От Якобсона до Дагласа Ли. Потому что сегодня именно он представляет современный танец.

— Даглас Ли сам выбрал «Жар-Птицу» или вы ему предложили?

— Это был выбор балетмейстера, и нам он показался очень интересным. Ведь «Жар-Птица» ассоциируется с очень русской, лубочной темой. Тем интереснее, как увидит эту историю абсолютно современный иностранный хореограф, работающий в очень необычной, самобытной пластике. И в этом тоже параллель с Якобсоном. Именно он, как никто другой, смело, подчас не осознавая возможных последствий, а, может быть, наперекор всему, ставил так, как видел. Всегда уходя от канона.


Андриан Фадеев

Фото: предоставлено пресс-службой Театра балета им. Л.Якобсона

— Сохраняется ли в его «Жар-Птице» старый сюжет или Даглас Ли рассказывает какую-то свою историю?

— Художник всегда рассказывает свою историю на заданную тему, а Даглас именно художник, он творит и этим интересен. «Жар-Птица» в его балете в космос не летает, Царевна — не дочь олигарха, он не переносит действие на фабрику. Возможно, с чьей-то прогрессивной точки зрения, очень всё банально, в рамках сюжета. Но мне кажется, самое сложное — сделать интересный новый спектакль на старую тему.

— Если бы вы сами работали танцовщиком, а не руководителем Театра балета имени Якобсона, какую из частей премьерного вечера вы бы стремились станцевать — Якобсона или Дагласа Ли?

— Мы все выросли на хореографии Якобсона. В Академии Русского балета актерское мастерство преподают замечательные педагоги Александр Стёпин, Валерий Сергеев, оба в прошлом якобсоновцы. Я сам на этих уроках исполнял и Присыпкина из «Клопа», и Гладиатора из «Спартака», и Юношу из «Влюблённых». Репетируя известную хореографию, всегда стараешься быть непохожим на своих предшественников. И встает риторический вопрос: «Что хотел сказать автор?». Даглас Ли интересен работой здесь и сейчас. Рождением спектакля у тебя на глазах. Соучастием, соавторством. Я уже семь лет не выхожу на сцену, всегда есть сожаление о нестанцованном. Приходят новые хореографы, и удел любого танцовщика после 40 — радоваться этому празднику жизни из зрительного зала. Такова наша профессия. Как только познал своё тело, имеешь опыт, точно знаешь, как надо — пора на пенсию. И нужно иметь мудрость и смелость вовремя уйти. Не цепляться за «последний спектакль», несмотря на то, что нам всегда хочется всё успеть, объять необъятное. Отвечая на ваш вопрос, скажу — с огромным удовольствием станцевал бы в одном отделении «Секстет» или «Венский вальс» Якобсона, а у Дагласа Ли именно Кащея. Это на сегодняшний день. Что бы мне захотелось станцевать десять лет назад, не знаю.

— Что именно подразумевается под «восстановлением» миниатюр Якобсона — в репертуаре появятся какие-то вещи, которые театр в последние годы не танцевал, или уже имеющиеся в репертуаре будут расчищены и отрепетированы заново?

— Мы покажем не шедшее давно па-де-де на музыку Россини. В нашем театре уникальный педагогический состав. Именно благодаря скрупулёзной работе Татьяны Квасовой, Александра Стёпина, а ранее Валентины Климовой, Валерия Сергеева, людей, которые творчески росли в руках Якобсона, мы сохраняем и оттачиваем сложнейшую хореографию основателя нашего театра. Скажу Вам, как артист: каждый спектакль — это всегда, как первый раз. И на сцене может случиться всё, особенно когда работаешь в ансамбле. Поэтому мы и репетируем годами одно и тоже, и абсолютно не устаём от этого. Это наш рабочий процесс. В этот раз весь спектакль пройдёт под живую музыку. Программа миниатюр Якобсона давно не показывалась в сопровождении оркестра. И мне очень радостно, что 30 ноября мы выйдем на сцену Александринского театра в сопровождении ГАСО под управлением замечательного дирижёра Александра Титова. Маэстро сам будет за пультом.


Леонид Якобсон на репетиции

Фото: предоставлено пресс-службой Театра балета им. Л.Якобсона

— «Обновление» подразумевает новую работу художников, вы привлекаете к работе замечательных мастеров — сценографией будут заниматься Альона Пикалова и Татьяна Вьюшинская, костюмами — Татьяна Ногинова. Но когда в правление Алексея Ратманского в Большом театре попробовали «переодеть» миниатюры Касьяна Голейзовского, наследники балетмейстера были крайне возмущены — им хотелось. чтобы использовались те же костюмы, что в шестидесятых годах. Вы не боитесь такой же реакции со стороны наследников или просто старых поклонников Якобсона?

Читайте также  Coffee 22 спб – кофе, кексы и музыка

— Страх — плохой советчик. Не боюсь! Ведь к работе действительно привлечены замечательные мастера. Я уверен, что с такой командой профессионалов можно смело идти на любой эксперимент. Как нас и учил Леонид Вениаминович.

— В шестидесятые Якобсон безусловно был революционером в танце и современников поражала не только новизна хореографического языка, но и чувственность этой пластики. Наш век гораздо более откровенен и то, что в шестидесятые обком партии счел бы скандалом, сейчас не заставит вздрогнуть даже пожилую воспитательницу детского сада. Рассчитываете ли вы, что обновленная программа Якобсона произведет на новое поколение то же шокирующее впечатление?

— Не вижу ничего плохого в том, чтобы шокировать. Театр может шокировать, он не должен вредить! В «Родене», например, Якобсон прежде всего воспевал красоту человеческого тела. А оно чувственно от природы. Мы так созданы. Красота не может навредить. Мы приходим с детьми в Эрмитаж и не боимся, что они увидят обнажённые скульптуры. И нет никаких возрастных ограничений для визита в такой музей. А если в те годы Якобсон и шокировал, сейчас пусть шокирует Даглас Ли.


Репетиция балета «Жар-птица», 2018

Фото: предоставлено пресс-службой Театра балета им. Л.Якобсона

— Вы уже семь лет руководите этим театром. Как вам кажется, что вам удалось сделать и что вы сделать пока не сумели?

— Я всегда недоволен собой. Что удалось? Труппа получила возможность поработать с такими звёздами мирового балета, как Жан-Гийом Бар, Йохан Кобборг. И мне кажется сотрудничество было удачным. В репертуаре появились два великолепных спектакля, а артисты прикоснулись к французской, датской и английской балетной школам. Сейчас работаем в совершенно другом направлении. Считаю, что Даглас Ли — интереснейший молодой хореограф. Классический репертуар в театре сегодня репетируют педагоги — бывшие солисты Мариинского театра. И это правильно, потому что Мариинка — колыбель русской балетной классики. Что сделать пока не сумели? Поверьте, гораздо больше! Каждый день мы приходим на Маяковского, 15, в наш Дом и, я уверен, всё самое главное у нас впереди.

— «Дон Кихот» Йохана Кобборга и «Спящая красавица» Жана-Гийома Бара стали яркими событиями в балетной жизни страны. Собираетесь ли вы продолжить этот ряд, пригласив еще кого-то из выдающихся европейских артистов для создания новых редакций классики?

— В современной жизни планы строятся, как минимум, на пять лет вперёд. Работаем, ведём переговоры, очень хочется в следующем году сделать новый большой классический спектакль. Именно новое название, а не очередную редакцию балетного шедевра!

— Каким бы вы хотели видеть Театр балета имени Якобсона, скажем, через десять лет? А каким он должен стать через следующие пятьдесят? Расскажите о будущем театра — каким оно может и должно быть.

— Трудно говорить о будущем. Поход в театр всегда был событием. Люди выбирают спектакль, покупают билеты, ждут, готовятся, красиво одеваются и идут в Театр. Именно с большой буквы. Потому что Театр трогает душу, заставляет думать, взглянуть на жизнь под другим углом. Это возможность эстетического удовольствия, интеллектуального, возможность общения с чем-то ярким, талантливым. Мне кажется — это единственное правильное будущее для любого театра. И, дай Бог, наш не исключение!

Беседовала Анна Гордеева, специально для «Фонтанки.ру»

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: