Триптих с поклонением волхвов, обрезанием и вознесением, мантенья - JEKATERINBURG.RU

Триптих с поклонением волхвов, обрезанием и вознесением, мантенья

Триптих с поклонением волхвов, обрезанием и вознесением, мантенья

Фра Беато Анджелико (Фра Джованни да Фьезоле) (1395/1400-1455) Коронование Марии 1434–1435. Дерево, темпера. 112×114

Живопись художника Раннего Возрождения, монаха-доминиканца Фра Анджелико, проникнута состоянием тихой радости. Ею наполнены и многофигурные работы мастера, такие как «Коронование Марии», выполненное для церкви Сант Эджидио во Флоренции.

Христос возлагает венец на голову Богоматери, Царицы Небесной, ангелы трубят в трубы, святые благоговейно созерцают происходящее. Золотой фон, идущий от византийской традиции изображения небес, сочетается здесь с рельефно выписанными фигурами, а дух Средневековья, еще чувствующийся в этом алтарном образе, — со сложной композицией, присущей уже Ренессансу.

Колорит картины лучше всего описывается словами из стихотворения Николая Гумилева о Фра Анджелико:

В композициях пределлы, то есть находящихся внизу главного образа, художник представил «Обручение Марии» и «Успение Марии», ныне хранящиеся в Музее Сан Марко во Флоренции.

Паоло Уччелло (около 1397–1475) Битва при Сан-Романо. Около 1438. Дерево, темпера. 180×323

Представленная картина художника кватроченто Паоло Уччелло — одна из трех, написанных им на данную тему и стоявших у истоков батального жанра в европейском искусстве. Все эти произведения, заказанные Леонардо Бартолини Салимбени, принимавшим участие в сражении, изображают моменты битвы флорентийцев с сиенцами, случившейся в 1432.

На картине «Битва при Сан-Романо» флорентийский рыцарь копьем выбивает из седла предводителя вражеского войска Бернардино делла Чарда. Восседающий на белом коне вождь флорентийцев Никколо да Толентино уже опрокинул на землю одного из неприятелей. Вокруг идет битва, «смешались в кучу кони, люди», взметаются копья и арбалеты, летят на землю рыцари и их вооружение. Напряжение всей сцене придает и то, что на небольшом пространстве уместилось множество фигур, к тому же по краям композиция нарочито срезана рамой, отчего кажется, что ей тесно в отведенным пределах.

Уччелло изображает своих персонажей в самых разных позах. Вероятно, ради того, чтобы потренироваться в этом умении, он и взялся за работу. Рыжий конь слева, скачущий прочь, серый, с упавшим вместе с ним рыцарем, белый, на котором восседает предводитель флорентийцев, показывают, насколько художник справился со сложными ракурсами и перспективой. Динамизм всей сцены подчеркнут колоритом, в котором сталкиваются яркие, чистые цвета.

Андреа Мантенья (около 1431–1506) Триптих с Поклонением волхвов, Обрезанием и Вознесением 1460–1464. Дерево, темпера. 86×161,5

Андреа Мантенья — художник, в живописи которого уже за несколько десятилетий до начала Высокого Возрождения чувствовались приближающиеся шаги этого мощного искусства.

Триптих был написан по заказу маркграфа Лудовико Гонзага для капеллы при его фамильном дворце в Мантуе (для этого семейства живописец будет работать всю оставшуюся жизнь). Миниатюрное письмо алтарного образа, обилие дивных подробностей, характерное для искусства Раннего Возрождения, соединяются здесь с той мощью и монументальностью, которые были присущи уже следующему этапу итальянской живописи. В результате небольшой живописный алтарь производит такое же впечатление, как и настенные росписи Мантеньи во дворце Гонзага. И в то же время триптих хочется рассматривать, словно драгоценность из шкатулки.

В центральной части художник представил сцену поклонения волхвов: среди столь любимого им каменистого пейзажа движется длинная процессия людей в роскошных одеяниях. Они идут поклониться Младенцу, сидящему на коленях Марии. Вокруг вьются ангелы. Сухое и яркое письмо Мантеньи заставляет изображение буквально сиять еще и благодаря особому «воздуху» в картинах — совершенно прозрачному, разреженному, какой бывает только высоко в горах. Поэтому в созданном художником мире видно все: и тропинку вдали, и светлый замок, к которому она ведет, и шерсть верблюда, и жесткие травы, и тоненькие золотые нити, которыми пронизаны одежды. И в то же время сцену можно представить развернутой во всю стену капеллы. Мантенья это знал и, чтобы усилить эффект монументальности изображенного, написал его на вогнутой поверхности.

В сцене «Обрезание» (справа) художник старательно выписал орнамент стен, композиции в люнетах — «Жертвоприношение Исаака» и «Моисей, вручающий народу скрижали Завета», корзину с голубками в руке Иосифа, поднос с принадлежностями для обрезания, который мальчик протягивает первосвященнику. Трогателен образ маленького Иоанна Крестителя, который сосет палец, держа в другой руке надкушенный бублик. Вся эта детально прописанная сцена подошла бы и для большой фрески.

И только в третьей композиции — «Вознесение» (слева) — почти нет тщательно изображенных подробностей, она аскетичнее и мощнее, в ней опять виден каменистый ландшафт, и даже облако, на котором стоит Христос, кажется вырезанным из мрамора. Но, как и прежде, тонко переданы чувства персонажей: изумление и надежда Марии и апостолов, легкая грусть и обещание встречи на небесах во взгляде Спасителя.

Антонио Поллайоло (1433–1498) Геркулес и Гидра 1460. Дерево, темпера. 17×12

На маленькой по размерам картине Антонио Поллайоло, флорентийского живописца эпохи кватроченто, изображен один из

LiveInternetLiveInternet

  • Регистрация
  • Вход

Рубрики

  • Авиация (150)
  • Астрономические явления (17)
  • Атмосферные конвективные явления (13)
  • Атмосферные оптические явления (30)
  • Атмосферные электрические явления (14)
  • Бабочки (20)
  • ВАТИКАН (23)
  • Владимир Джанибеков (8)
  • Водолей (20)
  • Вокруг Солнечной системы (80)
  • Вопрос-Ответ (2361)
  • Габсбурги (16)
  • Гаремы (7)
  • Далёкий космос (114)
  • Дальние страны (1258)
  • ДИНАСТИИ (39)
  • Дорога — это жизнь (39)
  • ДОСЬЕ (40)
  • Животные (536)
  • Загадки истории (445)
  • ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЕ ИМЕНА (864)
  • Замки и Дворцы (27)
  • ЗАПОВЕДНИКИ (13)
  • ЗДОРОВЬЕ (268)
  • Земля (144)
  • ЗЕРКАЛО (5)
  • Искусство (715)
  • Истории любви (186)
  • ИСТОРИЯ (2446)
  • История одного стихотворения (2035)
  • История одной картины (1122)
  • Книги для детей (256)
  • Краса ветвей зависит от корней (30)
  • КУЛЬТУРА (249)
  • КУЛЬТУРНЫЙ КОД (53)
  • Легенды и мифы (185)
  • ЛИТЕРАТУРА (301)
  • ЛИТЕРАТУРНЫЕ ГЕРОИ (203)
  • ЛИЦА ИСТОРИИ (496)
  • ЛИЦА РАЗВЕДКИ (159)
  • ЛЮДИ (570)
  • Люди-легенды (120)
  • МАЯКИ (9)
  • Микеланджело Буонарроти (29)
  • Микробиология: ВИРУСЫ и БАКТЕРИИ (30)
  • МИКРОмир (16)
  • Мода (54)
  • Москва (75)
  • Музеи (123)
  • Наполеон Бонапарт (68)
  • Насекомые (105)
  • НАУКА (621)
  • Облака (15)
  • Оружие (23)
  • ОТКРЫТИЯ и ИЗОБРЕТЕНИЯ (253)
  • ПАРАЗИТЫ (23)
  • Первые среди равных (197)
  • ПЛАНЕТАРИЙ (81)
  • Поэзия (764)
  • Праздники (53)
  • Притчи (34)
  • Проза (478)
  • Прошлое и настоящее Ташкента (203)
  • Психология (81)
  • Птицы (214)
  • Растения (120)
  • Рекорды (19)
  • РОЗА ВЕТРОВ (22)
  • Романовы (106)
  • Россия (1238)
  • Сады и парки (36)
  • Самарканд — столица Тамерлана (22)
  • Санкт-Петербург (113)
  • Символы (165)
  • Скульпторы (38)
  • СЛОВАРЬ (77)
  • Соборы и Мечети (65)
  • СПИРАЛЬ ВРЕМЕНИ (23)
  • Судьбы человеческие (1616)
  • ТАЙНЫ и ЗАГАДКИ (370)
  • Ташкент (18)
  • Узбекистан (213)
  • Фарфор (8)
  • ФЕНОМЕН (167)
  • ФИЛАТЕЛИЯ (195)
  • Фотографии (521)
  • ФОТОГРАФЫ и их фотографии (187)
  • Фра Беато Анджелико (13)
  • ХУДОЖНИКИ (804)
  • ЦВЕТЫ (48)
  • ЧАЙ (24)
  • ЧЕЛОВЕК и ПРИРОДА (44)
  • ЧТОБЫ ПОМНИЛИ (734)
  • ЭВОЛЮЦИЯ (19)
  • ЭКСПЕДИЦИИ и НАХОДКИ (290)
  • ЭПОХА СССР (453)
  • ЮСУПОВЫ (21)

Поиск по дневнику

Подписка по e-mail

Интересы

Постоянные читатели

Сообщества

Статистика

Андреа Мантенья «Триптих с Поклонением волхвов, Обрезанием и Вознесением»

Андреа Мантенья

Триптих с Поклонением волхвов, Обрезанием и Вознесением — Андреа Мантенья. 1460-1464. Дерево, темпера. 86х161,5. Музей: Галерея Уффици

Андреа Мантенья — художник, в живописи которого уже за несколько десятилетий до начала Высокого Возрождения чувствовались приближающиеся шаги этого мощного искусства.

Читайте также  Самое страшное животное в мире: кого действительно стоит бояться?

Триптих был написан по заказу маркграфа Лудовико Гонзага для капеллы при его фамильном дворце в Мантуе (для этого семейства живописец будет работать всю оставшуюся жизнь). Миниатюрное письмо алтарного образа, обилие дивных подробностей, характерное для искусства Раннего Возрождения, соединяются здесь с той мощью и монументальностью, которые были присущи уже следующему этапу итальянской живописи. В результате небольшой живописный алтарь производит такое же впечатление, как и настенные росписи Мантеньи во дворце Гонзага. И в то же время триптих хочется рассматривать, словно драгоценность из шкатулки.

В центральной части художник представил сцену поклонения волхвов: среди столь любимого им каменистого пейзажа движется длинная процессия людей в роскошных одеяниях.

Они идут поклониться Младенцу, сидящему на коленях Марии. Вокруг вьются ангелы.

Сухое и яркое письмо Мантеньи заставляет изображение буквально сиять, еще и благодаря особому «воздуху» в картинах — совершенно прозрачному, разреженному, какой бывает только высоко в горах. Поэтому в созданном художником мире видно все: и тропинку вдали, и светлый замок, к которому она ведет, и шерсть верблюда, и жесткие травы, и тоненькие золотые нити, которыми пронизаны одежды. И в то же время сцену можно представить развернутой во всю стену капеллы. Мантенья это знал и, чтобы усилить эффект монументальности изображенного, написал его на вогнутой поверхности.

В сцене «Обрезание» (справа) художник старательно выписал орнамент стен, композиции в люнетах — «Жертвоприношение Исаака» и «Моисей, вручающий народу скрижали Завета»,

корзину с голубками в руке Иосифа, поднос с принадлежностями для обрезания, который мальчик протягивает первосвященнику.

Трогателен образ маленького Иоанна Крестителя, который сосет палец, держа в другой руке надкушенный бублик.

Вся эта детально прописанная сцена подошла бы и для большой фрески.

И только в третьей композиции — «Вознесение» (слева) — почти нет тщательно изображенных подробностей, она аскетичнее и мощнее, в ней опять виден каменистый ландшафт, и даже облако, на котором стоит Христос, кажется вырезанным из мрамора.

Но, как и прежде, тонко переданы чувства персонажей: изумление и надежда Марии и апостолов, легкая грусть и обещание встречи на небесах во взгляде Спасителя.

cicerone2007

cicerone2007

Интересно, чем объяснить, что сегодня мы в одном и том же музее видим одно, а завтра другое? Может быть, на все сразу не хватает душевных сил и эмоций? Это к тому, что произведения Андреа Мантеньи в Уффици я разглядела не с первого раза. Речь идет о триптихе с «Поклонением волхвов». На самом деле, эти картины стали триптихом в XIX веке, когда их произвольно вставили в одну раму. А когда-то они вместе с другими украшали капеллу мантуанского замка.
«Поклонение волхвов» было центральной частью ансамбля – оно написано на вогнутой поверхности, что сразу же рождает ассоциации с апсидой:

В миниатюрной апсиде нам открывается поистине волшебное зрелище. В мире Мантеньи день сливается с ночью, хлев расположен в таинственной пещере, из тьмы которой выплывает облако с юными ангелочками. Ангелы повзрослее изображены на вершине скалы, рядом с Вифлеемской звездой, свет которой как копье устремляется к Иисусу. По вьющейся каменистой дороге к пещере движется процессия восточных мудрецов и магов. Волхвы на первом плане, обнажившие головы, выглядят очень внушительно. Точный рисунок дополнен великолепием цвета. Об этом прекрасно писал В.Н.Лазарев: «В одеждах волхвов и ближайших к ним фигур Мантенья развернул все ослепительное богатство своей палитры. Эти краски сияют тем ярче, что они даны в обрамлении строгого пейзажа, в котором преобладают холодные серые оттенки. Розовые тона сочетаются с бледно-оранжевыми, розовато-красные с темно-зелеными, лиловые с изумрудно-зелеными, светло-желтые с синевато-стальными и розовыми, фиолетовые с серыми. Все орнаменты и высветленные места драпировок тронуты золотом, которое наложено тонкими, как паутина, линиями, придающими живописной поверхности драгоценный характер. Такого миниатюрного изящества письма не достиг ни один из кватрочентистских живописцев». /В.Н.Лазарев. Старые итальянские мастера. М., 1972, с.217/

Еще одна сцена, включенная в «триптих» — «Вознесение». И здесь тот же эффект «дня-ночи», мир скал и драгоценные цвета одежд:

Одежды Христа сливаются с темным небом. Взгляд и благословляющий жест обращены к ученикам:

Третья картина, «Обрезание», меня заворожила еще больше. Здесь все смотрится как драгоценность, но человеческие образы при этом удивительно живые. Действо происходит в Храме. Колонна находится в центре, но не все архитектурные детали зеркально повторяются по обе стороны от нее.

Как интересно разглядывать разные орнаменты справа и слева! Какая здесь любовь к цветным камням, мрамору и позолоченной бронзе! Невольно вспоминается Венеция, ведь Мантенья был женат на сестре Джованни Беллини. Но венецианская красочность здесь слилась с жестковатым и точным рисунком.

Мантенья изобретает фантастические архитектурные детали. Чего стоит, например, капитель с рогами изобилия! «Обрезание» совсем небольшая картина (h 86 см.), впереди у художника будет возможность пересоздать средствами живописи реальное пространство дворцового покоя в замке герцогов Гонзага: http://cicerone2007.livejournal.com/36252.html

В верхней части композиции мы видим рельефы. Слева – «Жертвоприношение Авраама». С Авраама, как известно, и начинается ритуал обрезания. Впрочем, готовность отца принести в жертву сына тоже имеет прямое отношение к судьбе Христа.

Справа – «Моисей, вручающий законы». «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков; не нарушить пришел Я, но исполнить», — произнесет Христос в Нагорной проповеди.

У колонны мы видим Богоматерь с Иисусом, за ней две женщины и ребенок. Слева – Первосвященник со скальпелем в руке, ему прислуживает мальчик, а чуть дальше Иосиф с голубками в корзинке.

Образ Первосвященника необыкновенно выразителен. Впрочем, иногда в сцене обрезания изображали Симеона-Богоприимца. Возможно, что и Мантенья изображает именно его. Над головами Марии, Иосифа и священника мы видим нимбы:

Еще один необычайно живой образ в этой композиции – молодая рыжеволосая женщина с ребенком:

Для Елизаветы, матери Иоанна Крестителя, она слишком молода, так же как ребенок с бубликом, гораздо старше Иоанна:

Рассматривать эти образцы миниатюрной живописи Мантеньи можно бесконечно. Рядом с этими картинами вспоминается Ван Эйк, который мог с равной степенью совершенства создать монументальный Гентский алтарь и «Мадонну в церкви» (Дрезден) – маленькое чудо. Так умел работать и Мантенья!

Триптих с поклонением волхвов, обрезанием и вознесением, мантенья

Между Христом и Антихристом: «Поклонение волхвов» Иеронима Босха

Редактор Антон Никольский

Научный редактор Валерия Косякова

Издатель П. Подкосов

Руководитель проекта А. Казакова

Корректоры И. Астапкина, Е. Чудинова

Компьютерная верстка А. Фоминов

Художественное оформление и макет Ю. Буга

© Майзульс М., 2021

© ООО «Альпина нон-фикшн», 2021

Все права защищены. Данная электронная книга предназначена исключительно для частного использования в личных (некоммерческих) целях. Электронная книга, ее части, фрагменты и элементы, включая текст, изображения и иное, не подлежат копированию и любому другому использованию без разрешения правообладателя. В частности, запрещено такое использование, в результате которого электронная книга, ее часть, фрагмент или элемент станут доступными ограниченному или неопределенному кругу лиц, в том числе посредством сети интернет, независимо от того, будет предоставляться доступ за плату или безвозмездно.

Читайте также  Сусанна и старцы, питер пауль рубенс, 1607-1608

Копирование, воспроизведение и иное использование электронной книги, ее частей, фрагментов и элементов, выходящее за пределы частного использования в личных (некоммерческих) целях, без согласия правообладателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Посвящается Тане и моим родителям

Рис. 1. Иероним Босх. Поклонение волхвов, ок. 1490–1500 гг.

Madrid. Museo Nacional del Prado. № P002048

Богоявление с двойным дном?

В самом конце XV в. богатые бюргеры из Антверпена – Петер Схейве, который одно время был старшиной местной корпорации ткачей, и его жена Агнес де Грамме заказали триптих с изображением трех волхвов, принесших дары младенцу Иисусу (рис. 1)[1]. По бокам от центральной сцены художник, как тогда было принято, изобразил самих заказчиков. Опустившись на колени и сложив ладони в жесте молитвы, они смотрят на новорожденного Спасителя и становятся «свидетелями» одного из важнейших моментов в истории Церкви. За Петером стоит его святой патрон – апостол Петр, а за его женой – мученица Агнесса[2].

По форме этот триптих похож на алтарные образы, какие тогда стояли во многих нидерландских церквях, домашних часовнях аристократов или состоятельных горожан. Однако использовался ли он когда-либо для богослужения, мы не знаем. Возможно, он был предназначен для погребальной часовни семейства Схейве[3].

Мастера, который создал это «Поклонение волхвов», звали Йерун ван Акен. Он был родом из брабантского города Хертогенбоса, а работы подписывал «Иероним Босх»[4].

Поклонение волхвов – один из главных сюжетов христианской иконографии. От Средних веков до нас дошли тысячи его версий – от рельефов на слоновой кости и книжных миниатюр до витражей и фресок (рис. 2). Что в нем может быть неожиданного? Три волхва – или, как тогда чаще всего говорили, «короля» – с Востока вслед за чудесной звездой прибыли c дарами к новорожденному мессии (Мф. 2:9–11). Богословы видели в этом событии реализацию пророчества Исайи «и придут народы к свету твоему, и цари – к восходящему над тобою сиянию» (Ис. 60:3). Считалось, что в лице волхвов, представлявших три известные в Средние века части света (Европу, Азию и Африку), все народы склонились перед Царем небесным.

Рис. 2. Слева: Оттобойренский коллектар. Южная Германия, последняя четверть XII в.

London. British Library. Ms. Yates Thompson 2. Fol. 62v

Посередине: Бартоло ди Фреди. Поклонение волхвов, ок. 1390 г.

New York. The Metropolitan Museum of Art. № 1975.1.16

Справа: Среднерейнский мастер. Поклонение волхвов, ок. 1400 г.

Frankfurt am Main. Das Städel Museum. № SG 1002

В напоминание об этом событии был установлен праздник Богоявления (греч. – Эпифания, Επιφάνια), который отмечается 6 января[5]. Вот как около 1260 г. разъяснял его смысл итальянский доминиканец Иаков Ворагинский – автор «Золотой легенды», популярнейшего свода житий святых: «Когда Иисусу исполнилось 13 дней, к Нему пришли волхвы, которых вела звезда. Потому Эпифания происходит от epi, что значит сверх, и phanos – явление, ибо в тот день в высях появилась звезда, или же Сам Христос через звезду, которая воссияла над Ним, был явлен волхвам как Истинный Бог»[6]. В следующем столетии немецкий доминиканец, а потом картузианец Лудольф Саксонский (ок. 1295–1378) в «Житии Христа» говорил о том, что в день рождества богочеловек был явлен еврейским пастухам. Однако из их народа почти никто не принял Слово Божье. В лице волхвов Спаситель предстал перед язычниками, и они, в отличие от иудеев, наполнили Церковь[7].

В христианской традиции поклонение волхвов – радостное торжество, триумф божественного младенца, который пришел спасти человечество. Однако у Босха рядом с тремя королями появляется загадочный и, вероятно, зловещий персонаж – бородатый мужчина в длинном красном плаще (рис. 3). За его спиной во тьме хижины толпятся какие-то люди. Судя по их темным лицам с крючковатыми или, напротив, вздернутыми носами, они тоже принадлежат к миру зла и выступают как враги новорожденного богочеловека. Столь же необычно выглядят одеяния третьего, чернокожего, волхва и юного слуги, который стоит у него за спиной и держит в руках его шапку-корону[8]. Да и сокровища, принесенные королями, тоже совсем не похожи на те, что изображали другие художники того времени.

Рис. 3. Иероним Босх. Поклонение волхвов, ок. 1490–1500 гг.

Этот странный триптих давно интригует историков. Американский искусствовед Джозеф Кёрнер в книге, посвященной Босху и Брейгелю, сформулировал свое впечатление так: «В «Эпифании» [к Христу] из своих дохристианских культур приходят волхвы с таинственными идолопоклонническими дарами, которые как-то связаны с секретным заговором (его суть до сих пор неизвестна и, возможно, необъяснима) с участием еще одного короля»[9]. Другие исследователи: от Лотты Бранд Филип в 1950-х гг. до Дебры Стриклэнд в 2010-х гг. – предполагали, что в этой сцене Босх не только славил божественного младенца и его явление миру, но и обличал врагов Церкви – иудеев и (или) магометан, что радостное торжество у него омрачено ощущением смутной угрозы и волхвы тоже, возможно, враждебны младенцу[10].

В 1953 г. немецкий, а затем американский искусствовед Эрвин Панофский опубликовал плод своих многолетних исследований – труд об искусстве Нидерландов XIV–XV вв. В одной из глав он писал: «Ни один обзор ранней нидерландской живописи не будет полон без обсуждения Иеронима Босха. Однако подобное обсуждение лежит не только за рамками этого труда, но, боюсь, за пределами возможностей его автора. Одинокие и недоступные, творения Босха – это остров в потоке традиции, происхождение и природу которой я попытался охарактеризовать. Техника его письма столь же неповторима, что и строй его мысли, а связи, которые обнаруживают между его работами и работами Флемальского мастера, Яна ван Эйка, Рогира ван дер Вейдена и Дирка Баутса, оказываются в лучшем случае призрачными и малозначительными. Его корни скорее уходят в глубину народного и полународного искусства: к гравюре на дереве и на меди, деревянной или каменной резьбе и, что важнее всего, книжной миниатюре. Его архаизирующий стиль… напоминает об эксцентричных костюмах, характерных для международной готики, фантастическом и часто раблезианском юморе маргиналий, украшавших английские и континентальные рукописи XIV в. и начала XV в., и физиогномических преувеличениях – доведенных у него до абсурда удивительным правдоподобием…»[11]

Madrid. Museo Nacional del Prado (№ P02048). См.: Ilsink 2016. № 9, P. 198–215; Ilsink, Koldeweij, Spronk 2018. См. также: Silver 2001. P. 636–641, Fig. 13, 14; Wamel 2016; Косякова 2019. С. 328–344. Точная хронология работ Босха – предмет давних споров, которые, увы, не всегда приводят к убедительным результатам. Я опираюсь на датировки, предложенные в последнем каталоге, выпущенном в 2016 г. международным проектом по реставрации и исследованию его наследия (Bosch Research and Conservation Project Foundation): Ilsink 2016.

Св. Агнессу можно узнать по ее иконографическому атрибуту – агнцу, который лежит на траве недалеко от нее (Ilsink 2016. P. 210).

Читайте также  Самая старая черепаха в мире: сколько ей лет, где она живет

Заново открытая картина Мантеньи из Бергамо может быть связана с триптихом из Уффици

Куратор Академии Каррары Джованни Валагусса рассказал о том, что привело его к такому открытию

В конце лета и начале осени посетители Академии Каррары в Бергамо имели возможность понаблюдать за тем, как реставратор Дельфина Фаньяни работает над «новой» картиной Андреа Мантеньи. Ожидается, что реставрация стоимостью €40 тыс., осуществляемая при поддержке Ротари-клуба Южного Бергамо, будет завершена в ноябре. А в мае этого года стало известно, что куратор академии Джованни Валагусса после изучения забытой картины, изображающей воскресение Христа, из коллекции музея пришел к выводу, что это подлинник кисти Андреа Мантеньи, созданный приблизительно в 1492–1493 году.

Музей приобрел картину в 1846 году, и тогда авторство Мантеньи подтвердил Чарльз Истлейк, первый директор лондонской Национальной галереи. Однако несколько лет спустя искусствовед Джованни Морелли и некоторые другие специалисты оспорили эту атрибуцию на том основании, что картина была «испорчена вмешательствами реставраторов». В 1910 году ее объявили произведением мастерской художника, а в 1912-м эксперт Бернард Беренсон отнес ее к числу «копий утраченных работ». После Второй мировой войны академия отправила доску в запасник как копию Мантеньи, созданную неизвестным мантуанским художником.

Работая над статьей о картине для нового каталога живописи XIV–XV веков из коллекции музея, Валагусса обратил внимание на золотой крест между камнями в нижней части изображения, который, по его словам, «явно относился к какой-то другой картине». «Я подумал, что это, скорее всего, должна быть сцена сошествия в чистилище. Я начал подставлять к „Воскресению“ изображающие этот сюжет картины соответствующего размера и, когда подставил к нему в Photoshop «Сошествие Христа в чистилище» Мантеньи из частной коллекции, обнаружил, что две половины каменной арки с обеих картин идеально совпали».

Валагусса связался с Китом Кристиансеном из нью-йоркского Метрополитен-музея, который воспринял новость с энтузиазмом. Бергамскую картину, скрытую под слоями старого лака и записей, можно было с уверенностью переатрибутировать Мантенье и связать с «Сошествием Христа в чистилище» (1492), авторство которого никогда не ставилось под сомнение. Эта картина вернулась на рынок в ХХ веке, а в 2003 году была продана на нью-йоркских торгах Sotheby’s за $28,6 млн. Новую атрибуцию поддержал и искусствовед Джованни Агости, один из организаторов большой выставки работ Мантеньи в Лувре в 2008 году.

Как же вышло, что подобное произведение было так надолго забыто? «Не было ни одной цветной фотографии работы, — объясняет Валагусса. — Никто и не мог заметить этот малюсенький крест».

Его внимание привлекла еще одна деталь — следы двух гвоздей в центре задней части доски. «Сперва я подумал, что это след поперечной планки, но для нее это место слишком необычно. Учитывая, что толщина доски составляет всего 8 мм, Мантенья мог закрепить ее на раме прежде, чем начать писать. Судя по положению гвоздей, прикрепленная ими часть рамы шла вертикально». Валагусса полагает, что панели могли составлять одно из крыльев большой алтарной картины. Он планирует объединить «Воскресение» и «Сошествие в чистилище» на специальной выставке в следующем году и рассматривает различные версии их происхождения. По одной из версий, они связаны с триптихом Мантеньи, хранящимся в Галерее Уффици во Флоренции. Картины триптиха тоже были разлучены и воссоединились лишь в XIX веке.

«У нас есть гипотеза, согласно которой картины изначально находились в ныне утраченной капелле замка Святого Георгия в Мантуе», — рассказывает Валагусса. Мантенья работал над убранством капеллы в 1460-х годах. С декоративной схемой капеллы связывают ряд его произведений, в том числе «Успение Богородицы» из коллекции Музея Прадо, верхнюю часть «Успения», хранящуюся в Национальной пинакотеке в Ферраре, а также панели триптиха из Уффици: «Поклонение волхвов», «Распятие Христа» и «Вознесение». Все они датируются более ранним периодом творчества Мантеньи, но картина из коллекции Академии Каррары может оказаться позднейшим дополнением этой серии.

Тем временем реставраторы приступили к удалению желтой патины и начали раскрывать ясные и свежие цвета Мантеньи. Картину уже исследовали методом инфракрасной рефлексографии глава Лаборатории неинвазивного анализа древнего искусства (LANIAC) при Веронском университете Паола Артони и Микель Эрреро из каталонского Университета Лериды, а краски изучили при помощи рентгенофлуоресцентного анализа и микроскопа.

«Полученные данные подтвердили предположение Валагуссы, — говорят эксперты. — Крест является оригинальным элементом картины; обнаруженный в ходе исследований искусный предварительный рисунок подтверждает, что автором картины действительно был Мантенья, а ее палитра в точности соответствует палитре мастера». Более того, по словам Валагуссы, инфракрасный анализ предварительного рисунка стоящего в правой части картины воина «выявил, что нарисованные мускулы голого тела были затем „одеты“ краской — такой метод работы характерен для Мантеньи».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: