Мученичество святого стефана, джорджо вазари - Тайны со всего мира

Мученичество святого стефана, джорджо вазари

Джорджо Вазари

Вазари, Джорджо

  • Добавить в закладки
  • Пригласить к обсуждению

Комментировать

Все комментарии (7)

комментирует материал 30.07.2014 #

Его труд заложил основы современного искусствоведения.

комментирует материал 30.07.2014 #

отвечает 11 11 на комментарий 31.07.2014 #

комментирует материал 31.07.2014 #

Спасибо! Замечательные произведения.

Я знал, что вам понравится.

Спасибо за внимание к моим предпочтениям в живописи.

События и мнения

  • Политика
  • Общество
  • Мир
  • Оружие
  • Религия
  • Наука
  • Происшествия
  • Спорт

Деловой мир

  • Экономика
  • Бизнес
  • Деньги
  • Недвижимость
  • Рынок труда
  • Потребительский рынок
  • Нефть и газ
  • Банки

Частные интересы

  • Культура
  • Путешествия
  • Технологии
  • Авто
  • Еда
  • Личная жизнь
  • Здоровье
  • Игры

  • Новости
  • Гайдпарк

Авторы Гайдпарка

Губернатор Нового Орлеана: Электричество вернется не ранее чем через месяц

Covid-free. У Шойгу опровергли информацию о заражениях на учениях «Запад-2021»

За кого вы будете голосовать на выборах в Госдуму?

Такие неглупые мужчины которых надо бы было называть «затоинтеллигенты»

Ради чего коммунисты идут на выборы?

Афган, ход конем?

Почему Путин единолично раздает звания Герой России и ордена?

Соглашения между Белоруссией и Россией — это первые шаги в фундаменте стратегического планирования.

Энергия создавать: Genesis запустил творческий марафон в соцсетях

Зарплата на украинском Донбассе втрое выше, чем на русском

Главное цивилизационное отличие

Мы в соцсетях
О Newsland
  • О портале
  • Правообладателям
  • Лицензионное соглашение
  • Редакция
  • Контакты
  • Мобильная версия
  • Технический партнер datahouse.ru
Пользователям
  • Пользовательское соглашение
  • Правила ведения блога
  • Правила размещения новостей
  • Правила комментирования
  • Как повысить рейтинг пользователя
  • Обратная связь
РЕКЛАМОДАТЕЛЯМ
  • Рекламный отдел
  • Прайс-лист
  • TimeOut.ru
  • Film.ru
  • Zvezdi.ru
  • SportLiga.com

В соответствии с пользовательским соглашением редакция не несет ответственности за содержание материалов (новости, статьи, фото, видео, комментарии), которые размещают пользователи.
Для урегулирования спорных вопросов и претензий Вы можете связаться с редакцией и администрацией Newsland по вопросам контента и модерации.

  • Главные темы
  • Новости
  • Гайдпарк
  • Cообщества
  • Люди

Заказав эту услугу, Вас смогут все увидеть в блоке «Макспаркеры рекомендуют» — тем самым Вы быстро найдете новых друзей, единомышленников, читателей, партнеров.

Оплата данного размещения производится при помощи Ставок. Каждая купленная ставка позволяет на 1 час разместить рекламу в специальном блоке в правой колонке. В блок попадают три объявления с наибольшим количеством неизрасходованных ставок. По истечении периода в 1 час показа объявления, у него списывается 1 ставка.

Сейчас для мгновенного попадания в этот блок нужно купить 1 ставку.

Зарегистрированы в Newsland или Maxpark? Войти

Мученичество святого стефана, джорджо вазари

В верхней части изображена сцена коронования Богоматери после Ее вознесения на небо. Христос возлагает на голову Марии корону, а вокруг музицируют ангелы и летают херувимы. Снизу апостолы смотрят на происходящее, стоя вокруг опустевшей гробницы, где покоилось тело Мадонны до ее воскресения, а теперь выросли белоснежные лилии, символизирующие ее непорочность, и розы — цветы Царицы Небесной.

Созданная живописцем в юношеские годы картина близка по стилю к произведениям его учителя — Пьетро Перуджино. Влияние выразилось в сочетании глубоких и насыщенных тонов — красного, зеленого, желтого — и в некоторой графичности изображенного. Но особенная музыкальность, которой пронизана вся работа, была свойственна именно искусству Рафаэля.

В пределлу этого алтарного образа вошли три небольшие картины — «Благовещение», «Поклонение волхвов» и «Принесение во храм».

Данную алтарную картину Рафаэль писал по заказу кардинала Джулио Медичи, который был назначен архиепископом Нарбоннским, для городского кафедрального собора, но закончить ее не успел, поэтому его кисти принадлежит только главная сцена — Христос и апостолы Петр, Иаков и Иоанн на горе Фавор. Евангелие повествует, как Христос «возвел их на гору высокую одних и преобразился пред ними: и просияло лице Его, как солнце, одежды же Его сделались белыми, как свет. И вот, явились им Моисей и Илия, с Ним беседующие» (Матфей,17:1–3).

Художник тонко передал и свет, который исходит от Христа, и ощущение, что Он поднимается ввысь, и ошеломление ослепленных этим видением апостолов. В нижней части картины, которую заканчивали ученики Рафаэля — Джулио Романо и Франческо Пенни, все погружено в полумрак. Здесь представлено исцеление апостолами бесноватого мальчика, и резкая светотень, патетичные позы и жесты теснящихся персонажей оказываются противопоставленными сцене вверху, изображенной светло и ясно.

Рафаэль умер молодым, в то время, когда работал над этим произведением, и в день похорон оно было помещено у его изголовья.

Художник, архитектор и историк искусства Вазари в живописи проявил себя как приверженец маньеризма, то есть искусства, которое пришло на смену Высокому Возрождению. Мимика и движения персонажей этого полотна, на котором изображено побивание камнями святого Стефана, полны экспрессии. Мучители, стоящие толпой, замахиваются камнями, чтобы бросить их в святого, а Стефан, возведя глаза к небу и раскинув руки, страстно молится. Просветленный лик святого противопоставлен искаженным ненавистью лицам язычников. Столкновение активного действия и духовного посыла рождает в произведении особое напряжение.

Удлиненные, гибкие тела персонажей благодаря их позам и жестам образуют сложный, местами прихотливый рисунок, характерный для живописи маньеристов, которые стремились к выразительности линий и красок. Искусство этих мастеров было призвано прежде всего будить в молящемся сочувствие. В правом нижнем углу Вазари поместил юношу, указывающего на происходящее, призывая восхититься стойкостью святого, хотя облик Стефана и так притягивает к себе взгляд смотрящего на картину, и все изображенное на ней вряд ли может оставить кого-то равнодушным.

Созданное Тицианом в середине жизни, когда он стал первым венецианским художником, это полотно является образцом его полнокровной, мощной, отмеченной богатым колоритом живописи. Оно было написано для церкви Сан Никколо деи Фрари в Лидо, близ Венеции.

Мадонна с Младенцем на коленях и ангелами по сторонам спускается на облаке к святым Екатерине, Николаю, Петру, Антонию, Франциску и Себастьяну. Видение посещает их в церкви с раскрытыми сводами. Каждый из участников происходящего переживает явление Богоматери с маленьким Христом по-своему, но все они связаны между собой глубоким чувством торжественности момента. Это ощущение усиливается тем, что святые, которые либо смотрят вверх, либо внутренним зрением созерцают сходящее к ним небо, сами словно увидены немного снизу. Все персонажи написаны художником ярко и осязаемо, чтобы люди в церкви поверили в реальность изображенного и пребывали в радостном и трепетном состоянии.

Витторио Згарби о Романо, Вазари и Пармиджанино

В издательстве «Слово» вышла третья книга серии «Сокровища Италии» известного историка искусства, писателя и политика Витторио Згарби. В ней — емкие и остроумные небольшие эссе о главных итальянских художниках постренессансной эпохи. С разрешения издательства ARTANDHOUSES публикует фрагмент книги, посвященный Джулио Романо, Джорджо Вазари и Пармиджанино.

Джулио Романо / Римские руины в Генуе

Кажется странным, что на главном проспекте Генуи находится «тайная» церковь. То есть не совсем «на», хотя это здание возвышается над виа XX Сеттембре. Пройдя по оживленным переулкам среди машин и куда-то спешащих людей, под портиками, всего через несколько метров попадаешь в тихий и уединенный квартал. Церковь Санто-Стефано возвышается над крышами зданий, но чтобы добраться до нее, надо захотеть. Своим благородством и пропорциями она напоминает собор, и действительно, здесь много веков стояло бенедиктинское аббатство. Перед нами предстает романское здание, освященное в 1217 году, с высоким тибурием позднейшей постройки и мощной апсидой.

Интерьер церкви, восстановленный после войны, выглядит холодновато; свет проникает внутрь через некрасивое окно-розу неуместно современного вида. Однако, когда поднимаешь взгляд, неприятное ощущение теряется в головокружительной высоте купола и преображается в сильное чувство у грандиозной картины, стоящей на опоре в правой части церкви. Первая мысль, которая возникает у того, кто связывает Геную с именами ее выдающихся живописцев от Луки Камбьязо до Валерио Кастелло, что в Генуе обнаружился еще не изученный великий мастер. Потом, если приглядеться повнимательней, язык картины, такой классический и возвышенный, такой необычный, выводит нас на верный путь. Мы вспоминаем о Рафаэле, о великом ватиканском Преображении; скорее всего, появление столь значимой работы в XVI веке произвело тот же эффект, какой в следующем столетии — картины Рубенса. Перед нами «Мученичество Святого Стефана» Джулио Романо, где влияние классики чувствуется и в энергии тел, и в движениях и выражениях лиц, и в обилии античных памятников: терм, храмов, обелисков, мостов. Эту работу действительно можно считать данью памяти только что умершего Рафаэля; сердце художника явно осталось в Риме, в ватиканских Станцах. На самом деле эта картина была заказана в 1519 году самому Рафаэлю, о чем свидетельствует выполненная в XVII веке копия с наброска Рафаэля, хранящаяся в Школе изящных искусств в Париже. Но в 1520 году Рафаэль умер, и Джамматтео Джильберти, советник и секретарь папы Льва X, передал заказ Джулио Романо, который, несомненно, видел рисунки и наброски Рафаэля. И поэтому (в числе прочего) как размерами, так и рисунком генуэзская картина напоминает «Преображение» Рафаэля и дышит той же мощью и живостью.

Читайте также  Женщина в полосатом платье, жан эдуар вюйар, 1895

Джулио Романо
«Мученичество Святого Стефана»
Генуя, церковь Санто Стефано

Джулио Романо помнит великого мастера и даже пытается улучшить его план, внеся заметные исправления. Мученик находится в центре, его палачи выстроились полукругом, а между сценой мученичества и явлением Троицы в небесах в окружении ангелов, преображающихся в чистый свет, на линии горизонта открывается пространство с пейзажем, заполненным руинами, освещенным горизонтальными лучами, почти искусственным и уж точно неземным, поскольку этот пейзаж проступает в божественном сиянии, которое на картине сливается с солнцем. Бросаются в глаза руины здания на заднем плане, развалины римских терм, готовые послужить образцом для грандиозных архитектурных конструкций Джулио Романо в Палаццо Те в Мантуе. Это явный намек на упадок языческого мира, из руин которого берутся камни для мученичества святого. Контраст подчеркнут и выражением лиц: спокойствие Стефана и обезумевшие, звериные, искаженные лица его мучителей. «Мученичество Святого Стефана» Джулио Романо, картина, полная возвышенной, страстной риторики, приносит в Геную раньше, чем во все прочие города севера Италии, великую римскую культуру.

Джулио Романо
«Мученичество Святого Стефана»
фрагмент
Генуя, церковь Санто Стефано

Джорджо Вазари / Безжизненные работы автора «Жизнеописаний»

Тосканская манера после видений и безумия Понтормо, Россо Фьорентино и Беккафуми кристаллизуется в восторженном подражании Микеланджело, особенно у художников следующего поколения: Франческо Сальвиати и Джорджо Вазари. Последний, всегда выверенно и четко следовавший методу Микеланджело, абсолютно лишен поэзии. Трудно найти у него изобретение, в котором фантазия и творческая свобода не были бы скованы виртуозностью, выдающей преклонение перед Микеланджело. Вазари, родившийся в 1511 году в Ареццо, стремится загнать в рамки нормы ростки самых живых, страстных и волнующих художественных поисков, проклюнувшиеся не на тосканской почве, — я говорю о венецианской живописи. Джорджоне и Тициан умели выражать лирические чувства и ощущения, удивительным образом погруженные в природу: они дали нам первые образцы современного пейзажа и перенесли на полотно поэзию Петрарки, идиллию.

Как и Петрарка, тоже уроженец Ареццо, Вазари приезжает в Венецию, чтобы поспорить с этим вѝдением, чтобы побороться с такими мастерами, как Тициан и Лоренцо Лотто, и открыть путь бескомпромиссному Тинторетто. Вазари приезжает в Венецию в 1541 году, после того как в 20 лет побывал в Риме вместе с Франческо Сальвиати. Работы из Палаццо Корнер Спинелли имели определяющее значение для развития в монументальном ключе творчества Тициана, а также для первых шедевров Тинторетто, особенно для его «Чуда Святого Марка, освобождающего раба». Тосканская манера заявляет о себе в Венеции так властно, что радикально меняет взгляд Тициана, она проявляется и в его полотнах для Санто-Спирито-ин-Изола (сегодня в церкви Санта-Мария-делла-Салюте), и в работе всех художников, расписывавших потолок Библиотеки Сан-Марко.

Джорджо Вазари
1. Городские кварталы Сан Джованни и Санта Мария Новелла, Флоренция, Палаццо Веккьо, Зал Пятисот
2. «Страшный суд», фрагмент, Флоренция, собор

Вазари прибыл в Венецию как сценограф: еще один известный и влиятельный аретинец Пьетро Аретино призвал его для организации постановки своей пьесы «Таланта». По пути в Болонье Вазари написал «Трапезу Святого Григория» для трапезной Сан-Микеле-ин-Боско. Он был удивительно легок на подъем, словно считал своей миссией распространение опыта Микеланджело. В 1545 году мы встречаем его в Неаполе, где он создает «Распятие» и несколько картин для сакристии Сан-Джованни-а-Карбонара; в 1547 году в Римини он пишет «Поклонение волхвов» для церкви Сан-Фортунато; в 1562 году в Пизе занимается отделкой Палаццо дельи Анциани. Во Флоренции между 1560 и 1570 годом он расписывает Зал Пятисот в Палаццо Веккьо со всем почтением к прославленным мастерам Леонардо и Микеланджело, работая на тех же стенах, где они оставили лишь наброски и контуры фресок. В 1567 году он украшает купол Санта-Мария-дель-Фьоре, лично написав ближние к фонарю фигуры.

Джорджо Вазари
«Страшный суд»
Флоренция

Ни в одной из этих работ не ощущается ни единого дуновения подлинной жизни; и, может быть, Вазари не занимал бы в наших глазах такое место в искусстве Возрождения, не напиши он первый учебник по истории итальянского искусства — «Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих», опубликованный в 1550 году Лоренцо Торрентино и дополненный в 1568 году ксилографическими портретами художников в издании Джунти. В этих «Жизнеописаниях» мы находим ценные свидетельства и описания работ мастеров от Чимабуэ до Микеланджело, ставшие основой современной историографии.

Пармиджанино / Языческий культ красоты в Парме

За пределами Флоренции — города Понтормо, Россо и Бронзино, по-своему переосмыслявших опыт Микеланджело, — представителем маньеризма был Пармиджанино, может быть, самый оригинальный эмильянский художник Чинквеченто; по легенде, полемически изложенной Вазари, он мог быть наследником самого Рафаэля.

Пармиджанино
«Автопортрет в выпуклом зеркале»
1523-1524
Вена, Музей истории искусств

Пармиджанино родился в 1503 году в Парме, а в 1525 году, всего через несколько лет после смерти «божественного» Рафаэля, по приглашению папы Климента VII прибыл в Рим. Его лицо в те годы было таким, каким мы видим его на «Автопортрете в выпуклом зеркале»: нежный, романтичный юноша. Но его судьбу определило разграбление Рима: в огромном разоренном городе он не мог рассчитывать на славу и прочное положение и был вынужден вернуться в родной город, где процветал — в параллельном мире гармонии, любви и совершенства — его первый наставник, Корреджо. Ненадолго задержавшись в Болонье, где написал несколько шедевров, например «Мадонна со Святой Маргаритой и Святой Рох», в 1530 году Пармиджанино окончательно вернулся в Парму в ореоле легенды о своей римской славе: на самом деле славы в Риме он не добился, но дома всего за десять лет создал несколько абсолютных шедевров. Среди них «Антея» и незавершенные, но удивительные фрески «Девы мудрые» и «Девы неразумные» для церкви Санта-Мария-делла-Стекката. Пармиджанино развивает свою манеру, совершенно независимую от Рафаэля и Микеланджело, так радикально повлиявших на работы Джулио Романо в Палаццо Те в Мантуе. Пармиджанино вырабатывает утонченный и интеллектуальный стиль, в котором гармония чувств, идущая от Корреджо, превращается в алхимию новых форм, застывших и прозрачных. Франческо Байарди был другом и коллекционером Пармиджанино, а его сестра Элена 23 декабря 1534 года заказала художнику для погребальной капеллы своего мужа в пармской церкви Санта-Мария-деи-Серви картину, ставшую самой известной и характерной, а может быть, и самой совершенной работой Пармиджанино, — «Мадонна с длинной шеей». Ее профанным вариантом можно считать написанную в те же годы «Афину Палладу» из Хэмптон-Корта — вероятно, ту самую «голову и бюст Минервы кисти Пармиджанино» из описи собрания Франческо Байарди. Античный мир присутствует и в «Мадонне с длинной шеей», о чем свидетельствует намек на перистиль храма за возвышающейся колонной — символ силы и стойкости Девы Марии, а также вклада античной культуры в построение христианского мира. Да и крошечный пророк внизу напоминает античного философа, одиноко стоящего у подножия колонн храма. «Для церкви сервитов Санта-Мария он написал на дереве “Богоматерь со спящим Младенцем”, а сбоку несколько ангелов, один из которых держит в руке хрустальный сосуд, в котором сияет крест, созерцаемый Богоматерью. Работа эта не вполне его удовлетворяла и потому осталась незавершенной; тем не менее вещь эта, написанная в его манере, полной красоты и изящества, весьма достойна похвалы».

Читайте также  Самый маленький хищник в мире: мелкие хищные животные

Пармиджанино
«Мадонна с длинной шеей»
фрагменты
Флоренция, Уффици

Пармиджанино не оставлял эту работу до самой смерти, но так и не сумел закончить. Картина попала в капеллу Байарди только в 1542 году. Это свидетельство завершившегося алхимического процесса, превращение материи в дух, в чистую идею — возможно, как утверждает Фаджоло дель Арко, в идею Непорочного зачатия, божественного материнства Девы Марии, символом которого становится простая и чистая форма сосуда. Фаджоло отмечает: «Здесь требуются более глубокие изыскания; мотив длинной шеи, связанный с Девой Марией, — это долгая история, уходящая своими корнями в Средневековье. В одном средневековом гимне Мария прославляется следующими словами: “Collum tuum ut columna, turris et eburnea”». Иное, не формалистическое и очень соблазнительное объяснение дает Хаузер: «Кажется, что ни один элемент картины не сочетается с другими, ни одна фигура не ведет себя по естественным законам, ни один предмет не выполняет свою обычную функцию. Непонятно, стоит Дева Мария или сидит, или же облокотилась на опору или на трон. Непонятно даже, где на самом деле разворачивается сцена — в атриуме или под открытым небом. Что означает ряд колонн в глубине? Что это вообще за колонны без капителей, совершенно бесполезные, напоминающие фабричные трубы? И что символизируют юноши и девушки, столпившиеся в углу слева, на первом плане? Ангелы или, как полагал Дворжак, эфеб с товарищами, предлагающий вотивный дар Деве Марии, этому идеальному, грациозному идолу? Так мы приходим к тому, к чему неизбежно должна была привести подобная религиозная живопись: к языческому культу красоты».

Мученичество святого стефана, джорджо вазари

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018

Вазари и его история искусств

Джорджо Вазари (1511–1574), флорентинский живописец и архитектор, вошел в историю как писатель, как автор «Жизнеописаний наиболее знаменитых живописцев, ваятелей и зодчих», вышедших в свет первым изданием в 1550 и вторым – в 1568 году.

Вазари-художник – не более как плодовитый и посредственный эпигон своих великих предшественников и современников. Его пространные и витиеватые стенные росписи во флорентинском дворце Синьории и в римской Канчеллерии, его многочисленные и столь же витиеватые картины на аллегорические и религиозные сюжеты, в которых добротность мастерства и легкость выдумки никак не искупают скудости художественного содержания, и даже такая блестящая архитектурная удача, как его улица Уффици, соединяющая общественный центр Флоренции с набережной реки Арно и сыгравшая значительную роль в истории градостроительства, – все это меркнет на ярком фоне художественной культуры Италии XVI века с ее плеядой крупнейших мастеров и изобилием выдающихся произведений искусства.

В лице же писателя Вазари перед нами встает мощная и самобытная фигура создателя первой истории искусств, мастера итальянской прозы, классика науки об искусстве и художественной критики. Его «Жизнеописания» служили, служат и всегда будут служить настольной книгой для всякого любителя и исследователя итальянского искусства эпохи Возрождения как замечательный исторический документ, являющийся не только богатейшей сокровищницей фактического материала, но и полноценным художественным произведением, воссоздающим яркую и живую картину художественной жизни Италии на протяжении двух столетий.

Мало того, историческая концепция автора, естественно во многом наивная и ограниченная, но сложившаяся на почве творческой практики реалистического искусства итальянского Ренессанса, нисколько не утратила своей объективной познавательной ценности и в основных чертах подтверждалась и подтверждается достижениями прогрессивной исторической науки.

Одной из основных и, по-видимому, первоначальной задачей, поставленной и разрешенной автором «Жизнеописаний», было прославление и увековечение памяти итальянских художников, их личностей и произведений в помощь, в пример и в назидание молодым художникам, современным и будущим. Эта галерея исторических литературных портретов охватывает период времени от середины XIII и до середины XVI века, то есть начиная от основоположников реалистического искусства – Чимабуе и Никколо Пизано – и кончая самим автором и его современниками во главе с его кумиром – «божественным» Микеланджело.

В своей автобиографии Вазари рассказывает, что толчком к созданию его труда послужила беседа, которая завязалась в 1546 году в обществе писателей и гуманистов, собравшихся на ужин у просвещенного их покровителя кардинала Александра Фарнезе, в ходе которой писатель Паоло Джовио, автор жизнеописаний знаменитых людей и собиратель галереи исторических портретов, предложил Вазари продолжить эту работу, составив биографии знаменитых художников, которых Джовио в своем сборнике не касался. Пусть беседа эта происходила не в 1546 году, а раньше, ибо первое издание «Жизнеописаний» вышло уже в 1550 году, пусть даже весь эпизод – не более как одна из новелл, которыми автор придает художественное правдоподобие своему повествованию, несомненно одно, что в основе «Жизнеописаний» лежит замысел панегирический, педагогический и, по существу, глубоко патриотический, гордость итальянца, в данном случае – флорентинца, ясно сознающего все значение и величие того искусства, которое на протяжении двух столетий создавалось из поколения в поколение лучшими людьми народа, его художниками.

Ведь для культуры итальянского Возрождения в высшей степени характерны, с одной стороны, та ведущая роль, которая принадлежала в этой культуре изобразительным искусствам и архитектуре, «искусствам рисунка» согласно терминологии Вазари, а с другой стороны, то обстоятельство, что эта роль глубоко осознавалась всеми без исключения и в первую очередь приписывалась выдающимся личностям. Несмотря на комические и уродливые формы самого безудержного тщеславия и столь же безудержной лести, ренессансный индивидуализм в лучших своих проявлениях питался высоким идеалом совершенного человека, который представлялся в образе человека универсального. Этот идеал находил себе наиболее яркое воплощение именно в реальном типе универсального художника, владеющего всеми отраслями искусства и науки и являющего гармоническое единство души и тела. Именно такими «героями» и жили в народном сознании всем понятные и всеми любимые Джотто, Брунеллеско, Альберти, Леонардо, Рафаэль или Микеланджело. Но этого мало. Художник был не только народным любимцем, но в значительной степени и национальным «героем». Если, как известно, итальянские города-коммуны не преодолели своего сепаратизма и не слились в единое национальное государство, то единство это, не осуществившееся в политической и экономической жизни страны, созрело к началу XVI века как мощный фактор общественного сознания и культуры и ярче всего в авангарде этой культуры – в изобразительных искусствах, обладавших к этому времени общенациональным, всем понятным изобразительным и выразительным языком. Поэтому каждый итальянский художник дорог и близок каждому итальянцу, его одинаково любят и почитают и в родном городе, и в двух соседних городах, находящихся в непримиримой вражде, а творение великих мастеров вызывает чувство подлинно национальной гордости.

Этим чувством признательности, гордости и любви к своим художникам дышит каждая строчка «Жизнеописаний».

К тому же нельзя не вспомнить, что художник – один из любимых героев всей итальянской новеллистики эпохи Возрождения: от грубоватых шутников и балагуров в новеллах Саккетти или Боккаччо вплоть до величавой, но глубоко человечной фигуры «божественного» Микеланджело в новеллах XVI века. Именно к этой литературной традиции и примыкает Вазари, к традиции, в которой воплощена глубокая любовь народа к своему искусству и своим художникам, воспитывающих в нем чувство национального единства и национального достоинства.

Читайте также  Самые лучшие комплименты девушке: какими они должны быть + примеры

Эта основная идея определила и характер изложения: ряд биографий-портретов в форме новелл. Как и в портретах итальянского Возрождения, в биографиях Вазари типическое преобладает над случайным, и отдельные, остро подмеченные индивидуальные черты естественно подчиняются обобщенному образу гениального новатора или трудолюбивой посредственности, бескорыстного фанатика или алчного борзописца, баловня судьбы или неудачника, щедрого изобретателя или ревнивого хранителя профессиональных секретов. Фигура вырисовывается на фоне родного или чужого города, в кипучей атмосфере больших и малых исторических событий, городских сплетен, веселых анекдотов, ожесточенного соперничества, выгодных сделок и невыполненных заказов, удач и несчастий, постигающих художников и их произведения. Каждая биография излагается по определенному шаблону, от которого автор не отступает. Биография начинается витиеватой и напыщенной сентенцией, формулирующей типические черты той или иной добродетели, порока, характера или творческого темперамента, примером которого и служит жизнь и деятельность данного художника. Эти вычурные заставки, в которых сам автор нередко путается в неравной борьбе с правилами итальянского синтаксиса, написаны по рецептам тогдашней школьной риторики и напоминают сложные орнаментальные обрамления декоративного искусства середины XVI века. Далее следует само жизнеописание, которое в большей или меньшей степени выдержано в стиле новеллы, излагаемой простым и выразительным языком, свойственным лучшим образцам этого жанра. Биография нередко завершается назидательной моральной концовкой, перекликающейся со вступительной сентенцией. В самом конце автор обычно указывает тот оригинал, с которого по его рисунку гравирован портрет художника, приложенный почти к каждой биографии и входящий, таким образом, в портретную галерею, иллюстрирующую сборник жизнеописаний, как этого требовал Джовио, благословивший своего друга на его смелое начинание.

Мученичество сицилийской девственницы, давшей обет Небесному Жениху, на живописных полотнах европейских художников.

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Жизнеописание святой Агаты

Христианская история знает немало случаев, когда люди верующие в Спасителя и несущие его идеи в мир, шли на самопожертвование, становясь великомучениками. Среди таких была святая Агафия (Агата), рожденная в городе Катания на Сицилии в начале III века в богатой аристократической семье знатного рода. Она была хороша собой и считалась завидной невестой. Однако все попытки отца выдать ее замуж были ею отвергнуты. В 15-летнем возрасте Агата принимает решение сохранить девственность из любви к Христу. Согласно обычаю, епископ Катания принял обет девушки и покрыл ее плечи красным покрывалом, что свидетельствовало об посвящении девы в невесты Небесному Жениху. После чего она должна была хранить девственность.

Ее красивый облик и изумительная фигура по-прежнему не давала покоя мужчинам. И однажды Агата привлекла внимание римского наместника Квициана. Как и прочие кандидаты в женихи, получив отказ, наместник возненавидел непокорную красавицу, но еще больше возжелал ее.

Как раз в то время император Деций Траян пытался осуществить, вслед за Нероном, героическую попытку искоренения христианства. И, будучи наместником императора в Сицилии, Квициан возглавил волну таких гонений на сицилианских христиан. Одной из первых его жертв и стала Агата. Он попытался завоевать ее любой ценой: или же хитростью, или же грубой силой — не имело значения.

Обвинив юную христианку в оскорблении государственной религии, проконсул отдал распоряжение на ее арест. Девушка была доставлена в преторию, где и начались ее хождения по мукам. Вначале Квинциан попытался «перевоспитать» свою пленницу путем развращения, отправив ее в дом известной куртизанки Афродизии, которая в течение целого месяца пыталась пробудить в Агате чувственность и плотское желание, всячески искушая ее отказаться от верности своему Небесному Жениху.

Через месяц Афродизия, отступившись от нее, заявила: «Ее воля тверже лавы Этны». Взбешенный Квинциан приказал пытать Агафию, обжигая огнем, но и эти мучительные страдания не заставили ее отречься от Христа.

Легенда о святой гласит, что во время жестоких пыток ей отрезали одну грудь ножницами, а вторую вырвали клещами. Кровоточащие раны прижгли факелом и бросили в темницу истекать кровью.

По преданию также известно, что в темнице к мученице явился дух Святого Петра, который был казнен за 200 лет до того, он Именем Христа исцелил раны Агаты. И когда спустя несколько дней за девушкой снова пришли в темницу ее палачи, то увидели, что ее смертельные раны зарубцевались. От изумления еще больше разозлился наместник и приказал жечь Агату на жаровне. Однако, когда ее тело обгорало с одной стороны, с другой — его оберегало покрывало девственницы, которым покрыл девушку епископ при посвящении в Божьи невесты.

Зверское истязание прервало начавшееся землетрясение на острове. Мучители, испугавшись, бросили Агату снова в темницу, где она вскоре и умерла. А во время землетрясения погибло много язычников, и тогда испуганный наместник, видя в этом руку провидения, прекратил гонения на христиан.

Заступничество святой Агаты.

Через год после мученической смерти в городке Катании на Сицилии произошло первое чудо. 5 февраля 252 года началось ужасное извержение вулкана, которое могло разрушить город и погубить местных жителей. Тогда верующие христиане, молясь и неся реликвию — покрывало девственности Агаты, не сгоревшее в огне, — направилась навстречу потоку лавы. Свершилось чудо — раскаленный поток остановился — город и его жители были спасены. С тех пор святая Агата считается не только заступницей города Катании и покровительницей страдающих от землетрясений, но и защитницей от огня и пожаров.

Агату местные христиане похоронили за городом, а спустя шестьдесят лет перенесли ее останки в заново отстроенный кафедральный собор в ее родном городе, где тело святой покоится до сих пор.

Святая Агата в западноевропейской живописи

Художники Средневековья и Возрождения многократно затрагивали эту душераздирающую тему с отдельными сценами мученичества сицилийской девственницы. И надо отметить, что количество художественных работ на эту тему измеряется не десятками, а сотнями.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: