Портрет инфанты маргариты, дочери филиппа iv - диего веласкес, 1655 - JEKATERINBURG.RU

Портрет инфанты маргариты, дочери филиппа iv — диего веласкес, 1655

Четырнадцать портретов самой известной девочки в Испании

Если спросить любителей живописи, кого из испанских девочек они помнят лучше всего, ответ будет единодушным: инфанту Маргариту. Маленькая муза Диего Веласкеса в детстве так часто позировала великому художнику, что в итоге оставила в мировой живописи гораздо более яркий след, нежели в политике.

Она родилась почти случайно, в результате совершенно невообразимого родственного союза. Её отец Филипп IV уже имел от первого брака двоих выживших законных детей (не считая весьма значительного количества внебрачных), когда в его жизненные планы вмешалась судьба.

В возрасте шестнадцати лет умер любимец Испании наследник престола Балтасар Карлос, и вдовствующий к тому времени Филипп оказался перед фактом: стране необходима новая королева и новый наследник.

Смерти принца предшествовали долгие переговоры, по результатам которых жениться он должен был на своей родственнице Марианне Австрийской. По-видимому, после смерти сына Филиппу IV не хотелось терять достигавшиеся с помощью этого брака династические перспективы. К тому же, он и сам теперь нуждался в супруге.

Так возник союз, повергающий в ужас современных генетиков, когда сорокачетырёхлетний дядя женился на собственной пятнадцатилетней племяннице. Впрочем, в роду Габсбургов бывало ещё и не такое; любовь к близкородственным бракам их в конце концов и сгубила.

Через два года появилась на свет Маргарита Тереза, долгое время остававшаяся единственным живым ребёнком Филиппа IV и Марианны Австрийской.

Матримониальная судьба Маргариты была определена рано. Её ожидал союз ещё более кошмарный с точки зрения генетики, нежели брак её родителей. Инфанта была определена в жёны Леопольду I, будущему императору Священной Римской империи, который приходился ей дядей по материнской линии и двоюродным дядей по отцовской.

Однако во многом именно благодаря договору об этом союзе мы и знаем сейчас о маленькой инфанте: каждые несколько лет жениху отправлялись «фотоотчёты» о том, как подрастает невеста; автором большинства из них был Веласкес.

На самом раннем портрете Маргарите три года. Девочка ещё настолько мала, что её платье пока лишено кринолина. Пусть и с дорогой отделкой, но это всё ещё детское платьице, в каком, до поры до времени, ходили как мальчики, так и девочки того века.

Диего Веласкес. Портрет инфанты Маргариты, 1653-1654.

Как это часто бывало в детских портретах, чтобы облегчить маленькой модели долгое позирование, художник разрешил ей опереться рукой о стол. А вот выражение лица маленькой Маргариты Терезы здесь скорее недовольное: кажется, что девочка возмущена тем, что её оторвали от игр и зачем-то заставили так долго смирно стоять в одной позе. Существуют разные отзывы о том, была ли умна юная Маргарита, но живой блеск её глаз — отличительная черта портретов Веласкеса.

Несколько лет спустя пишется следующий портрет. Поза здесь та же, платье постепенно приобретает черты тяжёлой робы с кринолином, а вот в глазах нарумяненной девочки — уже обречённость. Кажется, что маленькая модель вот-вот расплачется.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита (фрагмент)

Шесть лет. Следующий портрет. Долой подпорки, теперь Маргарита позирует как взрослая. Завитые волосы, тесный корсаж, руки изящно приобнимают юбку кринолина, до краёв которого они пока достают. Обида на лице постепенно сменяется выражением безразличия.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита, 1656.

Очень похожее платье надето на маленькую инфанту в картине «Менины», но взгляд там совершенно другой. Нелегко быть на свете девочкой шести лет, если каждое утро тебя шнуруют в тугой корсет, надевают тяжёлую юбку, и даже стакан воды в жаркий день фрейлина, согласно этикету, может подать, только опустившись перед тобой на колени. Но зато вот там, в конце залы на минуту показались в дверях мама и папа.

Диего Веласкес. Менины, 1656 (Фрагмент)

И ещё. Наверное, в ранних портретах Веласкеса как нигде более отразилась любовь художника к своей юной модели. На картинах других живописцев она выглядит совершенно иначе: взгляд потухает, белокурые волосы становятся бурыми, а выражение лица с напряжённой нижней челюстью заставляет думать скорее об упрямстве.

Неизвестный художник. Портрет инфанты Маргариты

Девять лет. Маргарита в голубом. Тяжёлый бархат платья отражается отблеском в глазах девочки, отчего она кажется синеглазой блондинкой. Тускловатый взгляд внимательно изучает художника. Наверное, в этот момент прелесть юной инфанты достигла апогея. Дальше будет спад.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита в голубом, 1659.

Десять лет. Маргарита в розовом. Кринолин всё необъятнее, сооружение из волос принцессы всё пышнее. Взгляд всё более тусклый. В августе Диего Веласкес умрёт. Больше свою маленькую модель он не писал.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита в розовом, 1660.

По-видимому, в это время появляется первый барочный портрет инфанты. Волосы её опять бурые, акцент лица смещён в нижнюю часть с тяжёлым подбородком, выражение лица — недовольное. Видимо, любовь — необходимейшая вещь для написания портретов.

Неизвестный художник. Портрет инфанты Маргариты

От двенадцати до четырнадцати. Вновь неизвестный художник. И вновь пустые глаза и — новая черта — несоразмерно пухлые губы. Волосы опять рыже-бурые, но их почти не видно под множеством огненных бантов, которые инфанту совершенно не украшают.

Неизвестный художник. Инфанта Маргарита Тереза, 1662-1664

Четырнадцать. Маргариту пишет Герард дю Шато, и перед нами возникает совершенно другое лицо. Точнее, тёмные тусклые глаза навыкате, пухлые губы и тяжёлый подбородок мы уже видели. Однако здесь у инфанты появляется не самой идеальной формы нос и довольно странная форма черепа.

Герард дю Шато. Инфанта Маргарита, 1665

Глядя на этот портрет, комментаторы иногда говорят о том, что Веласкес-де неизменно льстил модели, а вот дю Шато наконец правдиво отразил в лице инфанты черты вырождающихся Габсбургов. Вот только мы вынуждены признать, что именно почти лишённое объёма и игры светотеней лицо девушки написано здесь не с самым большим мастерством. Серьги, фактура платья и особенно портрет жениха на груди удались художнику куда более.

Пятнадцать. И опять Маргариту пишет новый художник — Хуан Баутиста Мартинес дель Масо. Впрочем, Хуан Баутиста — зять Веласкеса, не совсем чужой.

Хуан Баутиста Мартинес дель Масо. Маргарита Австрийская, 1665-1666.

Иногда этот портрет называют последним прижизненным изображением Маргариты Терезы, однако это не так. Инфанте здесь всего пятнадцать, а траур, надетый на ней, — по отцу; всего через несколько месяцев девушку наконец ожидает свадьба.

Однако сейчас инфанта явно измождена. Она бледна, глаза её совсем потухли, впервые за много лет она вновь позирует, держась за спинку стула.

Рассказывают, что вошедшая в брачный возраст Маргарита сильно страдала от требований строгого испанского этикета, предписывавшего знатной даме, в частности, никогда не открывать ноги и носить юбку, подол которой волочился по полу на десяток сантиметров. Согласитесь, двигаться в таком одеянии совсем неудобно, но этикет был неумолим: «У испанских королев ног нет».

К тому же с возрастом у инфанты развился зоб, наверняка доставлявший массу неприятных ощущений. Впрочем, даже столь некрепкое здоровье Маргариты было гораздо благополучнее состояния её родного брата (незадолго до смерти Филиппу IV всё-таки удалось оставить супруге наследника, к моменту смерти отца благополучно пережившего четырёхлетний рубеж). Именно маленький брат, мать в трауре и коленопреклоненная по этикету нянька отражаются в зеркале в правой части полотна.

Впрочем, дальше у юной инфанты начнётся совсем иная жизнь, ибо в 1666 году её ждёт, наконец, свадьба.

Франсиско Игнасио Риус Иглесиа, очевидно, изобразил Маргариту в предсвадебный период. Перед нами снова — юная и прекрасная девушка, красоту которой портит разве чуть тяжёлый подбородок. Всех предыдущих картин как будто не было. Насколько полотна той эпохи соответствовали внешности портретируемого — Бог весть.

Франсиско Игнасио Риус Иглесиа. Инфанта Маргарита, 1666

1667 год. Ян Томас ван Иерперен. Очередная барочная версия Маргариты, теперь уже — австрийской императрицы.

Известно, что при дворе мужа Маргариту не любили, и по-видимому, это отразилось уже в этой картине — карнавальной фантазии, какие традиционно писались в честь монарших свадеб. Император Леопольд, чью внешность историки называют «сомнительной», на парном полотне выглядит пышноусым красавцем. А вот на Маргарите художник словно бы «отыгрался».

Ян Томас ван Иеперен. Императрица Маргарита Тереза, 1667

Плоское неправдоподобно бледное лицо, огромные уродливые губы, глаза навыкате. Впрочем, лицо здесь, как и на картине дю Шато, выписано не очень старательно. Можно даже сказать, что пышный карнавальный из многих тканей костюм есть, а вот императрицы в нём — нет.

И наконец, последнее прижизненное изображение из тех, не слишком условных, что нам удалось разыскать — Маргарита с дочерью Марией Антонией. Всего за восемь лет брака с Леопольдом у императрицы родилось четверо детей, некоторые энциклопедии сообщают о шестерых — по-видимому, принимая в расчёт неудачные беременности. Но только Мария Антония дожила до совершеннолетия и даже вышла замуж. Умрёт она, будучи на год старше матери, в двадцать три — по-видимому, дурная генетика Габсбургов и на сей раз даст себя знать.

Императрица Маргарита Тереза с дочерью эрцгерцогиней Марией Антонией

На Маргарите — вновь пышный испанский костюм. И можно было бы сказать, что бывшая инфанта по-прежнему прекрасна, но болезнь и усталость на её лице просвечивают даже сквозь условность парадного портрета.

В браке с Леопольдом Маргарите так и не удалось родить вожделенного наследника, а значит, единственную миссию, для которой готовило её общественное сознание того времени она не выполнила.

Дочь унаследовала от матери знакомые черты лица и взгляд. Здоровье Марии Антонии, судя по количеству навешанных амулетов, крепостью тоже не отличалось.

Говорят, австрийцы вздохнули с облегчением, когда не слишком умная, ценившая превыше других свою испанскую свиту императрица наконец-то умерла, тем самым позволив Леопольду жениться вновь. Обе его дочери от второго брака тоже умерли во младенчестве, и лишь от третьего родились наконец два сына, наследовавшие отцу.

Читайте также  Шабаш ведьм, франсиско де гойя - описание картины

Впрочем, эта бурная череда династических браков уже не имеет отношения к Маргарите. Да и её саму мы вряд ли разглядели бы в их череде, если бы юная инфанта не осталась на картинах. Маленькое солнышко Веласкеса.

loricsin

loricsin

Четырнадцать портретов самой известной девочки в Испании

Если спросить любителей живописи, кого из испанских девочек они помнят лучше всего, ответ будет единодушным: инфанту Маргариту. Маленькая муза Диего Веласкеса в детстве так часто позировала великому художнику, что в итоге оставила в мировой живописи гораздо более яркий след, нежели в политике.

Диего Веласкес. Менины, 1656 (Фрагмент)

Она родилась почти случайно, в результате совершенно невообразимого родственного союза. Её отец Филипп IV уже имел от первого брака двоих выживших законных детей (не считая весьма значительного количества внебрачных), когда в его жизненные планы вмешалась судьба.

В возрасте шестнадцати лет умер любимец Испании наследник престола Балтасар Карлос, и вдовствующий к тому времени Филипп оказался перед фактом: стране необходима новая королева и новый наследник.

Смерти принца предшествовали долгие переговоры, по результатам которых жениться он должен был на своей родственнице Марианне Австрийской. По-видимому, после смерти сына Филиппу IV не хотелось терять достигавшиеся с помощью этого брака династические перспективы. К тому же, он и сам теперь нуждался в супруге. Так возник союз, повергающий в ужас современных генетиков, когда сорокачетырёхлетний дядя женился на собственной пятнадцатилетней племяннице. Впрочем, в роду Габсбургов бывало ещё и не такое; любовь к близкородственным бракам их в конце концов и сгубила.

Через два года появилась на свет Маргарита Тереза, долгое время остававшаяся единственным живым ребёнком Филиппа IV и Марианны Австрийской. Матримониальная судьба Маргариты была определена рано. Её ожидал союз ещё более кошмарный с точки зрения генетики, нежели брак её родителей. Инфанта была определена в жёны Леопольду I, будущему императору Священной Римской империи, который приходился ей дядей по материнской линии и двоюродным дядей по отцовской. Однако во многом именно благодаря договору об этом союзе мы и знаем сейчас о маленькой инфанте: каждые несколько лет жениху отправлялись «фотоотчёты» о том, как подрастает невеста; автором большинства из них был Веласкес. На самом раннем портрете Маргарите три года. Девочка ещё настолько мала, что её платье пока лишено кринолина. Пусть и с дорогой отделкой, но это всё ещё детское платьице, в каком, до поры до времени, ходили как мальчики, так и девочки того века.

Диего Веласкес. Портрет инфанты Маргариты, 1653-1654.

Как это часто бывало в детских портретах, чтобы облегчить маленькой модели долгое позирование, художник разрешил ей опереться рукой о стол. А вот выражение лица маленькой Маргариты Терезы здесь скорее недовольное: кажется, что девочка возмущена тем, что её оторвали от игр и зачем-то заставили так долго смирно стоять в одной позе. Существуют разные отзывы о том, была ли умна юная Маргарита, но живой блеск её глаз — отличительная черта портретов Веласкеса. Несколько лет спустя пишется следующий портрет. Поза здесь та же, платье постепенно приобретает черты тяжёлой робы с кринолином, а вот в глазах нарумяненной девочки — уже обречённость. Кажется, что маленькая модель вот-вот расплачется.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита (фрагмент)

Шесть лет. Следующий портрет. Долой подпорки, теперь Маргарита позирует как взрослая. Завитые волосы, тесный корсаж, руки изящно приобнимают юбку кринолина, до краёв которого они пока достают. Обида на лице постепенно сменяется выражением безразличия.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита, 1656.

Очень похожее платье надето на маленькую инфанту в картине «Менины», но взгляд там совершенно другой. Нелегко быть на свете девочкой шести лет, если каждое утро тебя шнуруют в тугой корсет, надевают тяжёлую юбку, и даже стакан воды в жаркий день фрейлина, согласно этикету, может подать, только опустившись перед тобой на колени. Но зато вот там, в конце залы на минуту показались в дверях мама и папа.

Диего Веласкес. Менины, 1656 (Фрагмент)

И ещё. Наверное, в ранних портретах Веласкеса как нигде более отразилась любовь художника к своей юной модели. На картинах других живописцев она выглядит совершенно иначе: взгляд потухает, белокурые волосы становятся бурыми, а выражение лица с напряжённой нижней челюстью заставляет думать скорее об упрямстве.

Неизвестный художник. Портрет инфанты Маргариты

Девять лет. Маргарита в голубом. Тяжёлый бархат платья отражается отблеском в глазах девочки, отчего она кажется синеглазой блондинкой. Тускловатый взгляд внимательно изучает художника. Наверное, в этот момент прелесть юной инфанты достигла апогея. Дальше будет спад.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита в голубом, 1659.

Десять лет. Маргарита в розовом. Кринолин всё необъятнее, сооружение из волос принцессы всё пышнее. Взгляд всё более тусклый. В августе Диего Веласкес умрёт. Больше свою маленькую модель он не писал.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита в розовом, 1660.

По-видимому, в это время появляется первый барочный портрет инфанты. Волосы её опять бурые, акцент лица смещён в нижнюю часть с тяжёлым подбородком, выражение лица — недовольное. Видимо, любовь — необходимейшая вещь для написания портретов.

Неизвестный художник. Портрет инфанты Маргариты

От двенадцати до четырнадцати. Вновь неизвестный художник. И вновь пустые глаза и — новая черта — несоразмерно пухлые губы. Волосы опять рыже-бурые, но их почти не видно под множеством огненных бантов, которые инфанту совершенно не украшают.

Неизвестный художник. Инфанта Маргарита Тереза, 1662-1664

Четырнадцать. Маргариту пишет Герард дю Шато, и перед нами возникает совершенно другое лицо. Точнее, тёмные тусклые глаза навыкате, пухлые губы и тяжёлый подбородок мы уже видели. Однако здесь у инфанты появляется не самой идеальной формы нос и довольно странная форма черепа.

Герард дю Шато. Инфанта Маргарита, 1665

Глядя на этот портрет, комментаторы иногда говорят о том, что Веласкес-де неизменно льстил модели, а вот дю Шато наконец правдиво отразил в лице инфанты черты вырождающихся Габсбургов. Вот только мы вынуждены признать, что именно почти лишённое объёма и игры светотеней лицо девушки написано здесь не с самым большим мастерством. Серьги, фактура платья и особенно портрет жениха на груди удались художнику куда более. Пятнадцать. И опять Маргариту пишет новый художник — Хуан Баутиста Мартинес дель Масо. Впрочем, Хуан Баутиста — зять Веласкеса, не совсем чужо й.

Хуан Баутиста Мартинес дель Масо. Маргарита Австрийская, 1665-1666.

Иногда этот портрет называют последним прижизненным изображением Маргариты Терезы, однако это не так. Инфанте здесь всего пятнадцать, а траур, надетый на ней, — по отцу; всего через несколько месяцев девушку наконец ожидает свадьба. Однако сейчас инфанта явно измождена. Она бледна, глаза её совсем потухли, впервые за много лет она вновь позирует, держась за спинку стула. Рассказывают, что вошедшая в брачный возраст Маргарита сильно страдала от требований строгого испанского этикета, предписывавшего знатной даме, в частности, никогда не открывать ноги и носить юбку, подол которой волочился по полу на десяток сантиметров. Согласитесь, двигаться в таком одеянии неудобно, но этикет был неумолим: «У испанских королев ног нет». К тому же с возрастом у инфанты развился зоб, доставлявший массу неприятных ощущений. Впрочем, даже столь некрепкое здоровье Маргариты было гораздо благополучнее состояния её родного брата (незадолго до смерти Филиппу IV всё-таки удалось оставить супруге наследника, к моменту смерти отца благополучно пережившего четырёхлетний рубеж). Именно маленький брат, мать в трауре и коленопреклоненная по этикету нянька на заднем плане , отражаются в зеркале в правой части полотна. Скоро у юной инфанты начнётся совсем иная жизнь, ибо в 1666 году её ждёт, наконец, свадьба. Франсиско Игнасио Риус Иглесиа, очевидно, изобразил Маргариту в предсвадебный период. Перед нами снова — юная и прекрасная девушка, красоту которой портит разве чуть тяжёлый подбородок. Всех предыдущих картин как будто не было. Насколько полотна той эпохи соответствовали внешности портретируемого — Б ог весть.

Франсиско Игнасио Риус Иглесиа. Инфанта Маргарита, 1666

1667 год. Ян Томас ван Иерперен. Очередная барочная версия Маргариты, теперь уже — австрийской императрицы.

Ян Томас ван Иеперен. Императрица Маргарита Тереза, 1667

Плоское неправдоподобно бледное лицо, огромные уродливые губы, глаза навыкате. Впрочем, лицо здесь, как и на картине дю Шато, выписано не очень старательно. Можно даже сказать, что пышный карнавальный из многих тканей костюм есть, а вот императрицы в нём — нет.

И наконец, последнее прижизненное изображение из тех, не слишком условных, что нам удалось разыскать — Маргарита с дочерью Марией Антонией. Всего за восемь лет брака с Леопольдом у императрицы родилось четверо детей, некоторые энциклопедии сообщают о шестерых — по-видимому, принимая в расчёт неудачные беременности. Но только Мария Антония дожила до совершеннолетия и даже вышла замуж. Умрёт она, будучи на год старше матери, в двадцать три — по-видимому, дурная генетика Габсбургов и на сей раз даст себя знать.

Императрица Маргарита Тереза с дочерью эрцгерцогиней Марией Антонией

На Маргарите — вновь пышный испанский костюм. И можно было бы сказать, что бывшая инфанта по-прежнему прекрасна, но болезнь и усталость на её лице просвечивают даже сквозь условность парадного портрета. В браке с Леопольдом Маргарите так и не удалось родить вожделенного наследника, а значит, миссию, для которой готовило её общественное сознание того времени она не выполнила. Дочь унаследовала от матери знакомые черты лица и взгляд. Здоровье Марии Антонии, судя по количеству навешанных амулетов, крепостью тоже не отличалось. Говорят, австрийцы вздохнули с облегчением, когда не слишком умная, ценившая превыше других свою испанскую свиту императрица наконец-то умерла, тем самым позволив Леопольду жениться вновь. Обе его дочери от второго брака тоже умерли во младенчестве, и лишь от третьего родились наконец два сына, наследовавшие отцу. Впрочем, эта бурная череда династических браков уже не имеет отношения к Маргарите. Да и её саму мы вряд ли разглядели бы в их череде, если бы юная инфанта не осталась на картинах. Маленькое солнышко Веласкеса.

Читайте также  Портрет елены александровны нарышкиной, боровиковский — описание

Диего Веласкес. Портреты Инфанты Маргариты

Диего Родригес де Сильва Веласкес (1599-1660) – крупнейший мастер испанской живописи 17 века и одна из самых выдающихся фигур в истории мирового изобразительного искусства. Современники и потомки называли Веласкеса «главой и князем всех испанских живописцев». Получив образование в разных художественных школах, он создал своё направление, изучая натуру во всех её проявлениях и всевозможных подробностях. И достиг в этом поражающей истины, присутствующей во всех картинах.

В 17 лет Диего Веласкес получил звание художника. В 24 года стал придворным живописцем короля Испании. Мастер писал портреты Филиппа Четвёртого, членов королевской семьи, придворных, выявляя самую сущность изображаемого человека, типические черты характера и внешности. В живописной стихии Веласкеса – дыхание жизни, в котором оживают испанские инфанты. Одна из них Маргарита — дочь Филиппа Четвёртого (1606-1665) и Марии Анны Австрийской (1635-1696). Портреты инфанты, написанные с 1653 по 1660 год, — это целая галерея, по которой можно проследить, как из хорошенькой девочки, похожей на куклу, она превратилась в прекрасную даму.

Портрет инфанты Маргариты. 1654. На картине Веласкеса инфанте три года. Крошечная девочка представлена согласно регламенту королевского двора в розовом парадном платье, в канонической позе. Но живопись всего полотна с богатыми переливами цвета и мерцанием света, вносит тёплое человеческое чувство в официальный тон изображения.

Диего Веласкес не оставил никаких записей о методах своей работы. Исследователи определили, что он использовал в основном киноварь и органические лаки (для красных красок), жёлтый свинцовый цвет, окисленные глины (для охры), ляпис-лазурь, смальту и лазурит (для голубых), зеленую землю, чёрный уголь, чёрную сажу и, наконец, белый свинец, иногда смешанный с кальцитом. Поэтому цветовое решение картин Веласкеса отличается чарующим великолепием. Писал на тонком холсте, сразу делая очертания фигуры и композиции углём или красноватой краской.

Инфанта Мария Маргарита, дочь короля Филиппа Четвёртого, короля Испании. 1656. Здесь Маргарите пять лет. Художник передаёт живое обаяние детского лица. Трепетно, нежно пишет автор свою очаровательную модель. Весёлая, приветливая, она была наделена огромным обаянием. По словам современников, Маргарита являлась подлинной радостью семьи и всего двора.

Портрет инфанты Маргариты. 1660.
Холст, масло. 212 х 147 см.
Прадо, Мадрид

Крошка инфанта – любимейшая дочь короля – была словно солнышко и для придворного живописца. В мастерской дона Диего девочка чувствовала себя свободно. Маргарита за доброту, за сказки о рыцарях и добрых феях платила ему глубокой привязанностью.

Портрет инфанты Маргариты. 1659. Восьмилетняя инфанта изображена в роскошном платье из голубого бархата с фижмами, по моде тех лет. Плотное и гладкое письмо лица и рук сменяется пастозными мазками, которыми написаны пышные рукава платья. Холодные тона наряда и металлический блеск украшений образуют тонкий контраст с нежным и тёплым цветом лица Маргариты.

Как и Портрет инфанты Маргариты 1654 года, картина находится в Музее художественного искусства в Вене. Оба полотна попали в Вену благодаря династическому браку принцессы с кузеном, впоследствии императором Леопольдом Первым (1640-1705). Ещё задолго до свадьбы Венский двор регулярно получал из Мадрида изображения прелестной инфанты. Её должны были видеть в разном возрасте. В 1666 году состоялось бракосочетание Маргариты и Леопольда. Она умерла в 22 года от простуды. Долгое время местонахождение портрета Веласкеса оставалось неизвестным. Только в 1923 году картину обнаружили в одном из хранилищ Хофбурга.

Портрет инфанты Маргариты. 1660. Портрет дочери испанского короля в девятилетнем возрасте. Лицом девочка походила на отца и мать. Это было фамильное сходство всех Габсбургов. Но вместе с тем в ней чувствовалось что-то своё, особенное.

Прекрасна инфанта, чью жизнь шаг за шагом запечатлевает Диего Веласкес в многочисленных полотнах. Для каждого автор выбирал определённый колорит, заставляя зрителя любоваться игрой тонов на платьях принцессы, её причёске или драгоценностях. Испанский философ Хосе Ортега-и-Гассет так отозвался о портретных образах художника: «Они никогда не смогут полностью закрепиться в реальном измерении и стать вполне явными, но всегда будут возникать из небытия, переходя от отсутствия к присутствию».

О творчестве испанского мастера написано немало работ – от маленьких очерков до больших исследований. Имя Веласкеса неразрывно связано с реалистическим, гуманистическим направлением в мировом искусстве. Благодаря его произведениям мир получил удивительные образцы живописи, преисполненные глубокого гражданского звучания. Ведь маэстро всей силой своего таланта создавал полотна, в которых отводил главное место ЧЕЛОВЕКУ, лучшему, что создала природа!

06.06.2009 г.

Copyright © Международный центр духовной культуры, 2007-2009

Инфанта Маргарита

Инфанта Маргарита

Диего Родригес де Сильва Веласкес
Инфанта Маргарита Австрийская, 1660, Музей Прадо, Мадрид.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита. Трех лет 1653-54.

Диего Веласкес. Инфанта Маргарита.Пяти лет 1656.

Веласкес. Диего — Портрет инфанты Маргариты в восьми лет 1659.

ПОРТРЕТ ИНФАНТЫ

. Не подлежит огласке
Душа художника. Она была собой.
Ей мало юности. Но быстро постареть ей.
Ей мало зоркости. И всё же стать слепой.

Потом прошли века. Один. Другой, И третий.
И смотрит мимо глаз, как он ей приказал,
Инфанта-девочка на пасмурном портрете.
Пред ней пустынный Лувр. Седой музейный зал.
Паркетный лоск. И тишь, как в дни Эскуриала.
И ясно девочке по всем людским глазам,
Что ничего с тех пор она не потеряла —
Ни карликов, ни царств, ни кукол, ни святых;
Что сделан целый мир из тех же матерьялов,
От века данных ей. Мир отсветов златых,
В зазубринах резьбы, в подобье звона где-то
На бронзовых часах. И снова — звон затих.
Павел Антокольский
1928


Кратко о сюжете картины:
Инфанта Маргарита, одетая в белое, находится в центре композиции, в окружении своих фрейлин, “менин” – Марии Августины де Сармьенто и Исабель де Веласко, двух придворных шутов – Марии Барболы и Николасито Пертусато, и охотничье-сторожевой собаки. Позади нее разговаривают телохранитель дам и дуэнья Марсела де Ульоа, а в дверях стоит дворецкий Хосе Ньето. Король и королева, Филипп IV и Марианна Австрийская, отражаются в зеркале в глубине картины (т.е. они находятся на нашем месте — месте зрителей), а слева мастер изобразил самого себя, работающего над этой композицией. Вся картина как бы погружена в полумрак, и только инфанта выделяется на ней светлым обликом, этаким «солнечным лучиком» мрачного Альказара.

Спустя столетия искусствоведы, рассказывая об этом полотне художника, называют инфанту и художника «Мастером и Маргаритой». Кстати мастер, осознавая ценность своего творения увековечил на нем и свое личное достижение — после своего посвящения в рыцари в 1659 г., дописал красный рыцарский крест, которого упорно добивался и очень им гордился.

Диего Веласкес «Менины (фрагменты).1657. «

Маргарита Тереза Испанская (12 июля 1651 — 12 марта 1673) – инфанта из испанской ветви Габсбургов. Старшая сестра Карла II, последнего представителя династии Габсбургов на испанском престоле.
Родителями Маргариты были король Филипп IV и его вторая жена Марианна Австрийская, сестра императора Леопольда I (будущего супруга нашей героини). Она была почти на тридцать лет младше своего мужа. Шесть детей появились на свет в результате этого брака, только двое достигли совершеннолетия — Маргарита Тереза и наследник престола Карл II.

Вопросы брака королевских дочерей – дело государственной важности, и за кого выйдет замуж Маргарита, когда подрастёт, было известно почти с самого начала – за Леопольда, будущего императора Священной Римской империи Леопольда I. Именно поэтому и писал придворный художник Диего Веласкес портреты инфанты каждые несколько лет: их отправляли в Вену, чтобы там могли судить, как подрастает невеста. Она вышла за него замуж к пасхе 1666 года в возрасте четырнадцати лет. Леопольду было двадцать шесть Он был ее дядей по материнской и кузеном по отцовской линии императора Священной Римской Империи Леопольда I. Маргарита называла своего мужа даже в супружестве дядюшка, а он ее Гретль (дядя был австрийцем, видимо, это имя было ему привычнее).

Несмотря на разницу в возрасте и непривлекательный внешний облик Леопольда, ко всеобщему удивлению этот брак был счастливым. Супруги имели многочисленные общие интересы, особенно в искусстве и музыке. Да и как о правителе, о Леопольде в целом отзывались хорошо, он был любим как придворными и родственниками, так и народом. За шесть лет супружества Маргарита родила шесть детей, из которых выжила только единственная дочь — Мария Антония (1669—1692), ставшая женой Максимилиана II. Маргарита была очень хрупкой и многочисленные беременности вскоре ее очень ослабили. Вдобавок ко всему у нее был зоб— изменение щитовидной железы.

Унаследовав от матери и отца ограниченность, усиленную фанатичной набожностью, Маргарита выше всей австрийской нации ставила свою испанскую свиту. К тому же она настояла на изгнании из Вены еврейской общины: она ненавидела евреев, считая именно их виновными в том, что все рожденные ею дети умирали, в то время, как она мечтала подарить мужу наследника. Учитывая, что при дворе Леопольда, были так называемые «придворные еврейские финансисты», которые осели после изгнания в Берлине, традиционно враждебном Вене, последствия этого поступка были почти катастрофические для страны.
Все это не могло прибавить нашей инфанте популярности. Придворные откровенно, почти не скрывая, ненавидели императрицу, и, зная о ее слабом здоровье , терпеливо ждали, когда она умрет и освободит императора. Она выполнила их просьбу в марте 1673 года, скончавшись после очередных родов в возрасте 21-го года.

Читайте также  Картина "тихая обитель", исаак левитан, 1890


Портрет, написанный зятем Веласкеса, Хуаном Баутистой дель Масо. 1666.

Судя по этому портрету, сияющий солнечный лучик погас в ней вместе с ушедшим детством. Черные одеяния, потухши й взор — а Маргарите всего 15. В соответствии с испанским придворным этикетом 15-летней королеве категорически запрещалось читать, смотреть в окно, а также показывать не только ноги, но даже и туфли. (Платья ее были на 20-30 сантиметров ниже каблуков, и бедняжка сначала падала, запутавшись в длинном подоле, а потом приспособилась ходить, как аист: чтобы сделать шаг, она высоко поднимала ногу и буквально отшвыривала ею подол.) Ей многое было «нельзя»… даже смеяться. Ни королю, ни королеве смеяться не полагалось! Один попугай, рассмешивший еще ее мать Марианну Австрийскую, поплатился за это жизнью. Подоспевшая фрейлина ловко свернула ему шею. Испанский придворный этикет был превыше всего. Что ж, такова участь королев и императриц – она состоит вовсе не в том, чтобы вкушать радости жизни, напротив, чтобы отдавать свою жизнь в попытках продолжить династию…

А сколько девчонок, разглядывая детские портреты Инфанты Маргариты представляют себя принцессой: очаровательной, как куколка; с огромными голубыми глазами и светлыми волосами; в невероятной ширины юбке, окружённой фрейлинами и слугами. Но сказки бывают только в сказках.
Писатель Оскар Уайльд, вдохновленный сюжетом картины «Менины», написал сказку о Маргарите «День рождения инфанты».

Ровно через три прошедших века современный гений — Пикассо под впечатлением «Менин» Веласкеса создал свою серию картин на эту тему, наверное все-таки спорных шедевров в сравнении с великим оригиналом.

Растиражированный в наши дни образ инфанты и ее фрейлин

Загадка и разгадка картины, стоившей Веласкесу жизни

Большинство исследователей считают самой сложной, необычной и загадочной картиной Веласкеса его «Las Meninas» – «Менины».

«Мени́ны» (исп. Las Meninas — «фрейлины»), или «Семья Филиппа IV» — картина Диего Веласкеса, написанная в 1656 году. Одна из самых знаменитых картин в мире, ныне хранящаяся в музее Прадо.
Полотно изображает сцену написания Веласкесом совместного портрета испанского короля Филиппа IV с его супругой и племянницей Марианной Австрийской в присутствии их дочери инфанты Маргариты Терезы со свитой. Сложная и загадочная композиция картины поднимает вопросы об иллюзии и реальности, а также о неопределённости связи между зрителем и персонажами.
«Менины» общепризнанно считаются одной из самых важных и наиболее тщательно изученных картин в истории западного искусства. По словам итальянского мастера барокко Луки Джордано она представляет собой «теологию живописи», а президент Королевской академии художеств сэр Томас Лоуренс назвал её «подлинной философией искусства». По одной из современных оценок, это «высшее достижение Веласкеса — самоосознанная и тщательно выверенная демонстрация пределов живописи; возможно, самое глубокое высказывание о её возможностях из когда-либо сделанных».

Маленькая инфанта Маргарита, старшая дочь короля Филиппа, была любимицей художника, он рисовал её много и с удовольствием. Девочке прислуживают две фрейлины (или, по-другому, менины, – они и дали название картине). Немного в стороне от инфанты – придворные шуты-карлики. Чуть позади инфанты – её воспитательница и охранник.

Справа от принцессы Маргариты художник изобразил самого себя – в руках у него кисть и палитра с красками, он пишет портрет. Но чей? Инфанты? А вот и нет! В зеркале на заднем плане (это именно зеркало, а не картина, как это может показаться на первый взгляд) видны две фигуры – короля Филиппа IV и его жены, королевы Марианны, именно их портрет пишет Диего Веласкес.

Кстати, «Менинами» эту картину стали называть только в XVIII веке, до этого она называлась «La Familia», то есть «Семья».

Обратите внимание на костюм самого художника. Ничего необычного не замечаете?

Загадка рыцарского плаща

Художник за работой одет вовсе не в фартук (как положено при работе с красками), а в чёрный блестящий плащ со странным красным крестом на груди. Это не просто плащ, это орденское одеяние рыцарского ордена Сантьяго! А на поясе у художника видны ключи, – и снова это не просто ключи, это символ высокой придворной должности – камергера.

Почему же художник работает над портретом короля и его жены «при полном параде», в орденском плаще и с камергерскими ключами?

Надо сказать, что Веласкес был не просто придворным живописцем – он был личным другом короля Филиппа. С королём Веласкес познакомился, когда они были ещё молодыми людьми: Филиппу было девятнадцать лет, а Веласкесу – чуть больше двадцати, и дружба эта продолжалась до самой смерти художника в 1660 году. Подобное положение принесло художнику славу, деньги, влияние и. бешеную зависть придворных!

Дело в том, что Диего Веласкес был низкого происхождения – старший сын простого нотариуса из Севильи; да и живопись в те времена считалась «ремеслом», а не искусством, и работа живописцем считалась делом недостойным дворянина. Вообразите же, какую ненависть вызывал этот «выскочка-маляр» у гордых чопорных испанских грандов! Веласкес об этой ненависти прекрасно знал и очень переживал. Ему казалось, что его труд, талант и дружба короля вполне способны компенсировать нехватку знатного происхождения, но у придворных было своё мнение на этот счёт.

Король Филипп всё происходящее видел, но мало что мог сделать. Он мог осыпать своего друга деньгами, дать ему высокую должность при дворе – но существуют вещи, с которыми не могут ничего поделать даже короли.

Тогда Филипп придумал, как ему показалось, весьма хитрый ход: он дал Веласкесу право выбрать для себя вступление в любой из рыцарских орденов Испании: Алькантары, Калатравы или Сантьяго. Членство в любом из этих орденов автоматически делало художника принадлежащим к элите испанского дворянства, и уже никто не посмел бы упрекнуть его в «незнатности». Диего Веласкес выбрал орден Сантьяго – самый престижный из трёх.

Крест ордена Сантьяго

Но король и его друг недооценили спеси испанского высшего дворянства. Тогдашний магистр ордена Сантьяго и «совет тринадцати», выслушав просьбу короля, согласились обсудить вступление Веласкеса в орден – однако, согласно правилам ордена, кандидат на вступление должен был предоставить официальные документы, удостоверяющие «чистоту крови» («limpieza de sangre»). Кровь признавалась «чистой», если четыре поколения предков кандидата были дворянами (идальго) и «старыми христианами», то есть в родне не должно было быть ни мусульман, ни евреев. Однако дед и бабка художника были торговцами, да ещё и «конверсос», то есть принявшими христианство евреями!

«Дело о чистоте крови» Веласкеса длилось несколько лет – и стало для художника настоящей пыткой. С молчаливого согласия короля ему пришлось фабриковать документы, подкупать свидетелей, лгать под присягой, изворачиваться, униженно просить гордых грандов о снисхождении – это ему-то, личному другу короля, камергеру двора, одному из самых влиятельных лиц королевства!

Картина «Менины» была написана в 1656 году – в самый разгар процесса о «чистоте крови», а потому на тот момент художник ещё не имел рыцарского звания и не имел права носить плащ с крестом ордена Сантьяго. Откуда же на картине крест?

По словам Антонио Паломино, биографа Веласкеса, красный крест ордена Сантьяго на плаще нарисовал лично король Филипп уже после смерти художника, со словами «он это заслужил». Вряд ли это правда. Ведь тогда получается, что изначально художник изобразил себя в торжественном церемониальном плаще – только без креста? Не в фартуке живописца, а при полном параде, с ключами камергера – но без креста Сантьяго. Странно, правда?

В 1658 году терпение короля Филиппа лопнуло, и он открытым текстом приказал Магистру ордена Сантьяго принять Веласкеса. Однако и здесь чопорные испанские вельможи нашли способ поиздеваться над ненавистным «выскочкой-маляром»: ему пришлось «покаяться», подписать документы о том, что он принимается в орден «в виде исключения», что ему оказывают «снисхождение» и «прощают» недостаточную чистоту крови «по просьбе Его Величества».

И, хотя теперь формально Веласкес принадлежал к высшему дворянству королевства, художник так и не будет принят испанскими грандами, как равный – через 2 года он умрёт (возможно, что здоровье его подорвал длительный и унизительный процесс), и на похоронах его гроб будут нести рыцари Алькантары и Калатравы, но не рыцари ордена Сантьяго (как это следовало бы согласно придворному этикету).

Теперь вы поняли, почему картина изначально называлась «Семья»? Почему Веласкес изобразил себя в рыцарском одеянии – и вместе с королём, королевой и маленькой инфантой?

Эта картина – ответ измотанного волокитой художника гордым вельможам, смеющимся над его низким происхождением.

Ну и что, – как бы отвечает художник со своего полотна. Зато я – полноправный член королевской семьи, видите? Вот мои камергерские ключи, а вот мой рыцарский плащ, а вот вся королевская семья в моей мастерской во дворце! Вы можете хвастаться чистотой крови своих предков, но кто из вас может называть себя близким другом семьи самого короля?

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: