Картина благовещение (алтарь мероде), робер кампен - JEKATERINBURG.RU

Картина благовещение (алтарь мероде), робер кампен

«Алтарь Мероде» Робера из Кампена Текст научной статьи по специальности « Философия, этика, религиоведение»

Аннотация научной статьи по философии, этике, религиоведению, автор научной работы — Гаврилова Татьяна Алексеевна

В статье анализируется триптих « Алтарь Мероде ».

Похожие темы научных работ по философии, этике, религиоведению , автор научной работы — Гаврилова Татьяна Алексеевна

The article analyzes the triptych «The Altar of Merode «.

Текст научной работы на тему ««Алтарь Мероде» Робера из Кампена»

Гаврилова Т.А. «Алтарь Мероде» Робера из Кампена

Российский государственный социальный университет (Россия, Москва)

Аннотация. В статье анализируется триптих «Алтарь Мероде».

Ключевые слова: триптих, изображение, Алтарь Мероде, символы.

Abstract. The article analyzes the triptych «The Altar of Merode».

Key words: Triptych, image, Altar of Merode, symbols.

Каждое изображение это как окно в иной мир. Особенно это касается священных изображений. По символам, запечатленных на них, можно многое прочесть.

Средневековые авторы, начитанные в Священном Писании, вкладывали в то, что они создавали, «зашифрованные послания», которые их современники с легкостью могли прочитать.

Алтарь Мероде — это триптих, то есть картина, состоящая из трех частей, центральная тема — это Благовещение, на боковых створках: изображение донаторов (т.е. заказчиков этой картины — супругов Мероде) — с левой стороны, а с правой стороны — изображен святой Иосиф, мастерящий что-то в своей мастерской.

Робер из Кампена (1378-1444) — один из родоначальников нидерландской живописи, стоящий у истоков Северного Возрождения, не отступая от средневековой традиции «скрытого символизма», воплотил в центральной части своего алтаря Мероде (сцена Благовещения) вполне домашнюю обстановку дома из своей эпохи, наполненную символами и аллюзиями из Священного Писания.

Перед нами Благовещение. Ангел Господень Гавриил является Деве Марии, держащей в руках раскрытую книгу, и углубившуюся в чтение. Если бы не крылья ангела, можно было бы подумать, что это обычный юноша, вошедший в комнату к знакомой ему девушке.

С первого взгляда может показаться, что это вполне обычная комната голландского дома середины 15 века. И мебель, и вся обстановка говорят нам об этом: и стол, и скамья, и даже камин.

Но всмотримся более внимательно в то, что изображено здесь. Вот перед нами круглый стол, на нем стоит кувшин с цветком лилии, лежат раскрытая книга и какой-то свиток, а также стоит погасшая свеча. Белоснежная лилия — это символ чистоты и невинности Девы Марии. Книга, которая изображена здесь, скорее всего, раскрыта на главах из книги пророка Исайи, ибо сказано, что Мария читала их. Погасшая свеча говорит нам о том, что сияние Божества затмевает весь остальной свет.

Полотенце, которое висит на стене, с виду самое обычное (белое с синими полосками), но вглядевшись в него повнимательнее, мы можем увидеть, что оно удивительным образом похоже на то, чем ветхозаветные иудеи покрывали себе голову, когда творили молитву.

Этот чайник, висящий рядом с полотенцем, вроде бы обычный чайник для умывания, но он отсылает нас к тем временам, когда Иисус Христос будет крещен, а еще к тому, что перед началом Тайной вечери Христос собственноручно омыл ноги своим ученикам.

Теперь давайте посмотрим на фигуры Девы Марии и ангела, благовествующего Ей. Хотя рядом с девушкой и есть скамья, Она сидит на полу, углубившись в чтение книги, которую она держит в руках. Это говорит нам о Ее смирении. Ангел уже появился, но еще не начал говорить, и поэтому читающая девушка еще не заметила его.

Теперь обратимся к левой створке, где изображены двое людей: мужчина и женщина в одеждах своего времени. Это донаторы, т.е. заказчики этой картины. Они находятся в саду, и судя по растениям этого сада, это весенний сад. Дверь из комнаты дома в сад приоткрыта, и они могут видеть саму Деву Марию и явившегося ей ангела. Именно поэтому они застыли в благочестивом молчании, и с надеждой смотрят туда.

Супруги Мероде оба на коленях, мужчина с почтением держит шляпу в своих руках. Его жена, стоящая за ним, с полным смирением смотрит вниз. Они одеты как было принято одеваться в 15-ом веке. Мужчина в черном одеянии, женщина в темно-красном платье и в черном плаще поверх него, голова ее покрыта, так как она замужняя женщина.

То, что супруги Мероде могут наблюдать Благовещение, делает для нас это событие необычайно близким, и не таким далеким, как принято считать. Ведь весть Христова касается каждого сердца, здесь и сейчас, и не важно сколько веков назад это произошло.

И не случайно, Робер из Кампена переносит Благовещение Девы Марии из далекого прошлого в современный ему 15 век. Для него это не просто история, для него это реальность. И то, что он делает свидетелями этого события двух своих современников, говорит нам о том, что все мы свидетели события этого. Это событие намного ближе и понятнее, чем нам кажется иногда. И это не просто история, случившаяся когда-то, а это то, что находится вне времени и вне пространства, то, что мы можем всегда переживать с помощью нашего сердца.

Итак, вернемся к триптиху, перенесемся теперь в его правую часть. Здесь мы можем увидеть святого Иосифа в своей мастерской, мастерящего какой-то необычный предмет.

Он сидит рядом с открытым окном, и если мы заглянем в него, мы сможем увидеть, современный Роберу из Кампена город. Там кипит жизнь, каждый спешит по своим делам.

На подоконнике стоит некий предмет, по форме очень напоминающий мышеловку, собственно говоря, это мышеловка и есть. И это вновь отсылка к Священному Писанию и его толкованию. У Августина есть место, где он говорит, что смерть Христа — это мышеловка для дьявола. Ибо дьявол, введенный в заблуждение браком Марии и Иосифа, решил, что Христос обычный человек, и ничего не подозревая, ввел Его во ад. А Христос, смертию смерть поправ, вывел из ада всех томящихся там, и первым вывел оттуда Адама и Еву, показав этим, что первородный грех прощен.

Сведения об авторе:

Гаврилова Татьяна Алексеевна, закончила исторический факультет МПГУ, преподаватель латинского языка в РГСУ.

«Алтарь Мероде» Робера из Кампена

Российский государственный социальный университет (Россия, Москва)

Аннотация. В статье анализируется триптих «Алтарь Мероде».

Ключевые слова: триптих, изображение, Алтарь Мероде, символы.

Abstract. The article analyzes the triptych «The Altar of Merode».

Key words: Triptych, image, Altar of Merode, symbols.

Выпуск

Год

Ссылка на статью

№2(6)

2017

Гаврилова Т. «Алтарь Мероде» Робера из Кампена // Видеонаука: сетевой журн. 2017. №2(6). Ч.2. Специальный выпуск «Гуманитарные и экономические науки» URL: https://videonauka.ru/stati/37-spetsialnyj-vypusk/120-altar-merode-robera-iz-kampena (дата обращения 30.09.2016).

«Алтарь Мероде» Робера из Кампена.

Каждое изображение это как окно в иной мир. Особенно это касается священных изображений. По символам, запечатленных на них, можно многое прочесть.

Средневековые авторы, начитанные в Священном Писании, вкладывали в то, что они создавали, «зашифрованные послания», которые их современники с легкостью могли прочитать.

Алтарь Мероде – это триптих, то есть картина, состоящая из трех частей, центральная тема – это Благовещение, на боковых створках: изображение донаторов (т.е. заказчиков этой картины — супругов Мероде) – с левой стороны, а с правой стороны – изображен святой Иосиф, мастерящий что-то в своей мастерской.

Робер из Кампена (1378-1444) – один из родоначальников нидерландской живописи, стоящий у истоков Северного Возрождения, не отступая от средневековой традиции «скрытого символизма», воплотил в центральной части своего алтаря Мероде (сцена Благовещения) вполне домашнюю обстановку дома из своей эпохи, наполненную символами и аллюзиями из Священного Писания.

Читайте также  Портрет хуана де пареха, диего веласкес — описание

Перед нами Благовещение. Ангел Господень Гавриил является Деве Марии, держащей в руках раскрытую книгу, и углубившуюся в чтение. Если бы не крылья ангела, можно было бы подумать, что это обычный юноша, вошедший в комнату к знакомой ему девушке.

С первого взгляда может показаться, что это вполне обычная комната голландского дома середины 15 века. И мебель, и вся обстановка говорят нам об этом: и стол, и скамья, и даже камин.

Но всмотримся более внимательно в то, что изображено здесь. Вот перед нами круглый стол, на нем стоит кувшин с цветком лилии, лежат раскрытая книга и какой-то свиток, а также стоит погасшая свеча. Белоснежная лилия – это символ чистоты и невинности Девы Марии. Книга, которая изображена здесь, скорее всего, раскрыта на главах из книги пророка Исайи, ибо сказано, что Мария читала их. Погасшая свеча говорит нам о том, что сияние Божества затмевает весь остальной свет.

Полотенце, которое висит на стене, с виду самое обычное (белое с синими полосками), но вглядевшись в него повнимательнее, мы можем увидеть, что оно удивительным образом похоже на то, чем ветхозаветные иудеи покрывали себе голову, когда творили молитву.

Этот чайник, висящий рядом с полотенцем, вроде бы обычный чайник для умывания, но он отсылает нас к тем временам, когда Иисус Христос будет крещен, а еще к тому, что перед началом Тайной вечери Христос собственноручно омыл ноги своим ученикам.

Теперь давайте посмотрим на фигуры Девы Марии и ангела, благовествующего Ей. Хотя рядом с девушкой и есть скамья, Она сидит на полу, углубившись в чтение книги, которую она держит в руках. Это говорит нам о Ее смирении. Ангел уже появился, но еще не начал говорить, и поэтому читающая девушка еще не заметила его.

Теперь обратимся к левой створке, где изображены двое людей: мужчина и женщина в одеждах своего времени. Это донаторы, т.е. заказчики этой картины. Они находятся в саду, и судя по растениям этого сада, это весенний сад. Дверь из комнаты дома в сад приоткрыта, и они могут видеть саму Деву Марию и явившегося ей ангела. Именно поэтому они застыли в благочестивом молчании, и с надеждой смотрят туда.

Супруги Мероде оба на коленях, мужчина с почтением держит шляпу в своих руках. Его жена, стоящая за ним, с полным смирением смотрит вниз. Они одеты как было принято одеваться в 15-ом веке. Мужчина в черном одеянии, женщина в темно-красном платье и в черном плаще поверх него, голова ее покрыта, так как она замужняя женщина.

То, что супруги Мероде могут наблюдать Благовещение, делает для нас это событие необычайно близким, и не таким далеким, как принято считать. Ведь весть Христова касается каждого сердца, здесь и сейчас, и не важно сколько веков назад это произошло.

И не случайно, Робер из Кампена переносит Благовещение Девы Марии из далекого прошлого в современный ему 15 век. Для него это не просто история, для него это реальность. И то, что он делает свидетелями этого события двух своих современников, говорит нам о том, что все мы свидетели события этого. Это событие намного ближе и понятнее, чем нам кажется иногда. И это не просто история, случившаяся когда-то, а это то, что находится вне времени и вне пространства, то, что мы можем всегда переживать с помощью нашего сердца.

Итак, вернемся к триптиху, перенесемся теперь в его правую часть. Здесь мы можем увидеть святого Иосифа в своей мастерской, мастерящего какой-то необычный предмет.

Он сидит рядом с открытым окном, и если мы заглянем в него, мы сможем увидеть, современный Роберу из Кампена город. Там кипит жизнь, каждый спешит по своим делам.

На подоконнике стоит некий предмет, по форме очень напоминающий мышеловку, собственно говоря, это мышеловка и есть. И это вновь отсылка к Священному Писанию и его толкованию. У Августина есть место, где он говорит, что смерть Христа – это мышеловка для дьявола. Ибо дьявол, введенный в заблуждение браком Марии и Иосифа, решил, что Христос обычный человек, и ничего не подозревая, ввел Его во ад. А Христос, смертию смерть поправ, вывел из ада всех томящихся там, и первым вывел оттуда Адама и Еву, показав этим, что первородный грех прощен.

Сведения об авторе:

Гаврилова Татьяна Алексеевна, закончила исторический факультет МПГУ, преподаватель латинского языка в РГСУ .

Картина благовещение (алтарь мероде), робер кампен

Алтарь назван по имени своего прежнего бельгийского обладателя графа Карла де Мероде, который стал владельцем этого триптиха, взяв в жены Марию Николеттуд Аренберг в 1848 году. Произведение хранит следы исправлений и добавлений, что до сих пор составляет предмет научных споров.

Центральный сектор изображает Благовещение. Архангел Гавриил в белоснежном одеянии священника чудесным образом проник в запертую комнату Марии, чтобы возвестить ей о Непорочном зачатии. Жест архангела сопровождается появлением в луче света миниатюрного младенца Иисуса, который попадет в утробу матери уже сформированным и даже с крестом. Подчеркнуто скромная Мария сидит перед скамьей, а не на ней, наполовину на подставке для ног, наполовину на подушке, лежащей на плитках пола. Полностью поглощенная чтением, она еще не заметила архангела.

На то обстоятельство, что центральная часть и створки были исполнены в разное время, указывает не только отсутствие цельной перспективы и несовпадение двери с проемом за архангелом слева. Для произведений Кампена нарушение пространственной логики является распространенным явлением. Определяющее значение имеет двадцатипятилетняя разница в возрасте между древесиной центральной секции и створок. Но даже это не говорит однозначно о том, что части триптиха исполнялись в разное время; зато можно с большой долей уверенности утверждать, что в первоначальном виде к центральной секции алтаря створки не планировались, а были добавлены позднее. Хранящееся в Брюсселе произведение было написано на доске того же возраста. Как и в том случае, видимое через окно небо первоначально было золотистого цвета подобно небу на других произведениях Кампена. Только впоследствии на золотом фоне был добавлен облачный небосвод для соответствия небу на створках. На витраже изображено два герба. Мужской принадлежит купцу из Мехелена Имбрехту (Имбрехтсу); у него были родственники в Кёльне, где он торговал шерстью и тканями под фамилией Энгельбрехт (Ингхельбрехт, Ингхельбрехтс).

Само по себе Благовещение является самым ранним в живописи изображением данного сюжета не в часовне, а в домашней обстановке. Предполагается, что это уединенная комната в доме в Назарете. У архангела Гавриила нет ни посоха, ни эмблемы; Святой Дух также отсутствует. Изображенные предметы могут составить целую инвентарную опись обстановки позднеготического дома: скамья с регулируемой спинкой перед очагом с деревянным каминным экраном, многоугольный складной стол с бронзовым подсвечником, флорентийская майоликовая ваза, часослов в обложке, ниша с котелком и вешалкой для полотенец, пестрый пол с глазурованными плитками. Прозаический, почти сюжетный подход, который придает Деве Марии столь обыденный вид, отражает новый религиозный менталитет. «Новое благочестие» предполагало отождествление зрителя с фигурой святого. Но все же произведение содержит немало загадок для искусствоведов. Ваза с лилиями и котелок (или сосуд для мытья рук) несложно трактовать в качестве символов чистоты Марии, так как они часто встречаются в других произведениях в аналогичном контексте. Фигура архангела, который возвещает о воплощении подобно священнику во время богослужения, также вполне понятна. Сложнее объяснить наличие дымящейся восковой свечи, которая вот-вот погаснет. Известный момент из видения Святой Бригитты Шведской говорит о том, что земной свет уступит место свету божественному; но эти слова относятся к рождению Христа, а не ко времени его зачатия. Может быть, свеча, зажженная для чтения, гаснет просто-напросто из-за колебаний воздуха, вызванных неожиданным появлением архангела в комнате, на что также указывают переворачивающиеся страницы книги. Кстати, сама книга лежит на манускрипте. Не является ли это символом прихода Нового Завета на смену Ветхому? Возникает и другой вопрос: являются ли вырезанные в углах скамьи фигуры льва и собаки обычными украшениями или они символизируют стойкость мужа и верность жены, которые в данном контексте ассоциируются также с мистическим браком Марии и Христа.

Читайте также  Портрет молодой девушки (магдалены лютер), лукас кранах старший

На витраже изображено два герба. Мужской принадлежит купцу из Мехелена Имбрехту (Имбрехтсу); у него были родственники в Кёльне, где он торговал шерстью и тканями под фамилией Энгельбрехт (Ингхельбрехт, Ингхельбрехтс).

Как и на флемальских створках, здесь способ изображения в большей степени приближен к материализму и демонстрирует внимательное аналитическое наблюдение. Нет причин считать, что над триптихом работало более одного автора. Пространство заполнено различными объектами, каждый из которых выделен словно подсветкой. Восходящая перспектива, которая кажется подчиненной раскрашенной поверхности, противоречит несколько неуклюжему реализму объектов и анатомии. По сравнению с флемальскими створками, стиль здесь не столь монументален: он менее упорядочен, но более живописен. Черты Марии и ангела мягче, глаза не столь широки, а руки нежнее. Пышные волосы струятся волнами, складки ткани мягко ниспадают.

Какие загадки зашифровал в своих картинах Флемальский мастер: Мышеловка, утерянные фрагменты и зеркала из чужих картин

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Кем был Флемальский мастер?

В коллекциях живописных работ XV века искусствоведы выделяют особую группу – в нее входят произведения, ставшие основой для развития нидерландской живописи и явно принадлежащие кисти одного художника или представителям единой школы. Эти шедевры вплоть долгое время считались написанными неизвестным автором, которого называли Флемальским мастером. Термин появился благодаря названию местности – Флемаль – откуда прослеживалось происхождение работ. В некоторых источниках указывали «Флемальское аббатство», которого в действительности не существовало – очевидно, таким нехитрым способом продавец пытался повысить ценность картины.

Главной отличительной особенностью работ Флемальского мастера был более смелый и прогрессивный подход к изображению сюжетов на библейские темы, чем господствовал в Европе средневековой поры. Установленный период создания этих произведений – с 1410 по 1440 годы, вместе с большим количеством более поздних копий, давали основания предположить, что именно Флемальский мастер стал новатором, родоначальником традиций, которые были подхвачены другими мастерами и развились в целое направление нидерландской живописи.

В начале XX века бельгийский историк искусства Жорж Юлен де Лоо высказал версию, что произведения Флемальского мастера были созданы Робером Кампеном, успешным и популярным фламандским художником, владельцем большой художественной мастерской в городе Турне.

Робер Кампен родился в 1378 году и стал одним из самых ярких представителей Раннего Возрождения. На его творчество оказал большое влияние Ян ван Эйк, с которым Кампен, по-видимому, был знаком лично. Поскольку большинство обнаруженных работ Флемальского мастера выполнены красками нового для того времени, улучшенного состава, можно предположить, что и это усовершенствование было следствием знакомства с ван Эйком, который вошел в историю в том числе благодаря своим экспериментам в области химии и выведением формулы для получения масляных красок.

Робер Кампен считался одним из первых портретистов в Европе, а его стремление к демократичности, внимание к деталям и тщательная, подробная их проработка быстро принесли ему и славу, и заказчиков, и учеников. В числе последователей стиля Кампена были Рогир ван дер Вейден и Жак Даре, каждому из которых рядом исследователей приписывается авторство фрагментов работ Флемальского мастера или даже произведений целиком. Большинство искусствоведов признают автором работ Флемальского мастера именно Кампена.

Новаторство в живописи

Один из шедевров живописи XV века – алтарь Мероде, названный так по имени семейства, в чьей собственности произведение находилось до Второй мировой войны.

Алтарь представляет собой триптих, на левой створке изображены коленопреклоненные донаторы, на правой – Святой Иосиф в мастерской плотника. Центральная часть посвящена сюжету «Благовещение». Вопреки устоявшимся многовековым канонам изображения Девы Марии, здесь действие происходит в домашней обстановке, среди предметов, характерных для интерьера мелкобуржуазного дома, а сама Богородица показана читающей книгу (за чтением Кампен и его ученики изображали персонажей и на других полотнах).

Каждая деталь произведения приковывает внимание и заставляет рассматривать, сравнивать, угадывать – например, в узорах на кувшине можно предположить зашифрованный текст, возможно, подпись автора. Большой шаг в развитии живописи – в достижении эффекта уюта, гармонии, естественности в доме, который изображен на холсте. Важным шагом стала и тщательная проработка фона, детализированное изображение пейзажей на дальнем плане – даже проплывающие в небе облака создают ощущение объема, вытягивая пространство.

Предметы, которые художник поместил в интерьер мастерской Иосифа, притягивают внимание своей не привычной для библейских сюжетов реалистичностью, правая створка алтаря Мероде даже получила неофициальное название «Мастер с мышеловкой».
Критики версии о том, что алтарь Мероде создан Кампеном, указывают на некоторые несовершенства и ошибки при создании перспективы, а проводя аналогию с «Читающей Магдалиной» ван дер Вейдена, можно предположить его причастность к созданию алтаря.

Другие произведения Флемальского мастера

Другим шедевром Флемальского мастера считается диптих Троица, хранящийся в российском Эрмитаже. Правая створка – «Мадонна с младенцем у камина», которая сочетает и традиционные для средневековья детали – как протянутая к камину рука, символизирующая январь, так и новаторские приемы – например, изображение двойной тени, от разных источников света. А одеяло, лежащее на коленях Марии, выполняет совершенно определенную задачу – создать впечатление тепла и уюта в доме.

Три створки Флемальского алтаря, которые с большой определенностью приписывается Кампену, изображает Святую Веронику, Богоматерь с младенцем и выполненную в технике гризайль Святую Троицу.

Интересно, что у ног обеих женщин изображена не обычная трава, а лечебные растения, применявшиеся в то время в медицине. Это неслучайно, ведь Вероника, женщина, что по преданию подала Христу плат по пути на Голгофу, считается покровительницей больных и увечных, а Дева Мария – защитницей всех страдающих. Настоящим прорывом в живописи было изображение этого куска ткани в виде тончайшего прозрачного материала, в следах складок, подчеркнуто легкого и воздушного. С точки зрения искусства XV века такое внимание к деталям было очень впечатляющим. Правая створка алтаря, Троица, изображенная в технике гризайль, градациями серого цвета, кажется скульптурой, настолько тщательно и натуралистично изображены фигуры.

Верльский алтарь, диптих, на котором изображена Святая Варвара и Троица, носит название по имени донатора – Генриха фон Верле. Именно он изображен на левой створке алтаря, коленопреклоненным, по обычаям того времени. Всего сохранились две боковые створки, центральная утеряна. Композиция вновь наполнена деталями, в которые невольно погружается зритель, и одним из привлекающих внимание элементов является, безусловно, выпуклое зеркало, знакомое по знаменитой картине Яна ван Эйка «Портрет четы Арнольфини». Возможно, это дополнительный аргумент в пользу того, что автором произведения был действительно Кампен.

Флемальский мастер оказал серьезное влияние на всю нидерландскую живопись и по сути заложил основы традиций Северного Ренессанса – с его демократизмом, тщательным и внимательным отношением к деталям, помещением библейских сюжетов в привычную зрителю того времени домашнюю обстановку.
Тем не менее, в отсутствие писем и других документов, которые позволили бы с уверенностью приписать работы Флемальского мастера одному художнику, нельзя исключать, что эти полотна – не просто результат гения Кампена, но итог труда целой группы живописцев, сообща создававших в своей мастерской будущее европейского искусства.

Читайте также  Музей фредерика мареса, барселона » музеи мира и картины известных художников

Интересно, что правило подписывать свои произведения впервые установил для себя Ян ван Эйк , что, без сомнения, существенно упростило потомкам великих художников работу по установлению авторства дошедших до настоящего времени шедевров.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Робер Кампен [1378/1380 — 1444]

Робер Кампен, один из зачинателей искусства Северного Возрождения, был среди тех мастеров, кто заложил основы нового, более свободного подхода к отображению окружающего мира и человека, к истолкованию религиозных образов.

Подлинный облик художника выявился лишь в XX веке в результате исследовательской работы нескольких поколений ученых. К началу этого столетия стал известен ряд интересных и своеобразных живописных произведений второй четверти XV века, исполненных в Нидерландах. Это были алтарные композиции (или их фрагменты) на евангельские темы, а также портреты. Авторство их, однако, не могло быть с убедительностью приписано ни одному из известных к тому времени живописцев. Создатель этих картин условно был назван Флемальским мастером (по предполагаемому происхождению нескольких произведений из аббатства Флемаль близ Льежа).

В то же время многие старинные документы первой половины XV века содержали достаточно частые упоминания о видном художнике Робере Кампене, правда, не указывая при этом его работ. Была выдвинута гипотеза, что именно ему принадлежит большая часть этих анонимных произведений. Дальнейшие разыскания и кропотливый стилистический анализ привели к тому, что ныне эта гипотеза принята большинством современных искусствоведов.

Изучение творчества Кампена продолжается вплоть до нашего времени. В последние годы, благодаря новым исследовательским технологиям в области живописи, в корпусе произведений, приписываемых художнику, произошли некоторые изменения. Так, считавшиеся ранее безусловными работами Кампена картины «Мадонна с Младенцем» у камина из Национальной галереи Лондона и «Алтарь Мероде» нью-йоркского Музея Метрополитен, теперь относят к произведениям, исполненным последователями мастера.

Имя Кампена встречается в документах начиная с 1406 года. В 1410 году он получил права гражданства в крупном фламандском городе Турне и стал там городским живописцем. Источники свидетельствуют, что художник владел большой мастерской со множеством учеников, среди которых был известный впоследствии Рогир ван дер Вейден. В 1423 году Кампен принял участие в выступлении горожан против правящего патрициата, войдя после того в число членов нового городского управления. Вскоре, однако, патриции вновь вернулись к власти, а художник подвергся преследованиям.

Самые ранние из приписываемых Кампену произведений выдают, с одной стороны, их связь с традициями средневекового искусства, с другой — обнаруживают попытки художника внести новое в трактовку канонических церковных сюжетов. К сожалению, от большинства ранних работ, являвших собой значительные алтарные композиции, до нас дошли лишь фрагменты. Однако и они позволяют судить о характерных свойствах творчества художника. Обращает внимание желание Кампена «заземлить» евангельские сюжеты и подчеркнуть простонародную основательность действующих лиц. Другая особенность — скопление фигур на переднем плане сцены и ее крайне неглубокое пространство. Показательна картина «Рождество» (ок. 1425, Дижон, Музей изящных искусств): если перегруженность переднего плана свидетельствует о традиционности понимания пространства, то открывающийся в верхнем правом углу вид дает представление о тех исканиях художника, которые скоро увлекут многих мастеров Нидерландов первой половины XV века.

В те же годы написана и наиболее ранняя из приписываемых Кампену портретных работ — «Портрет Робера де Масмина» (до 1430, известен в двух вариантах — в Государственных музеях Берлина и в Фонде Тиссена-Борнемиса в Мадриде). Толстое обрюзгшее лицо модели предстает во всей своей не слишком приглядной выразительности, убеждая в желании мастера быть верным натуре.

Подчеркнутая телесность и пластичность портретного образа перекликается с трактовкой фигур «Марии с Младенцем» и «Святой Вероники»; объемность пластики еще более заметна в «Троице», написанной гризайлью, в живописной технике, имитирующей скульптуру (все — Франкфурт-на-Майне, Штеделевский институт искусств).

Близка по решению и композиция «Злой разбойник на кресте» (1430—1432, Франкфурт-на-Майне, Штеделевский институт искусств) — единственный сохранившийся фрагмент большого триптиха. Традиционен золотой фон, на котором изображены фигуры распятого и двух свидетелей его мук. (Любопытно, что ученик Кампена, Рогир ван дер Вейден, напишет через несколько лет тоже «золотофонное» Снятие с креста.) Вместе с тем пластика обнаженного тела в картине Кампена лишена условности, оно словно написано с натуры. Лица присутствующих при казни очень индивидуальны и выразительны. Используя золотой фон, художник, как и во франкфуртском алтаре, оставляет открытой нижнюю часть картины, в которой возникает далекое пейзажное пространство.

Единственное, точно датированное произведение Кампена «Алтарь Верля» (1438, Мадрид, Прадо) наглядно демонстрирует очевидное воздействие на его творчество работ младшего современника — Яна ван Эйка, с которыми он познакомился как раз в середине 1430-х годов. От триптиха сохранились только боковые створки: на левой изображен Иоанн Креститель и коленопреклоненный заказчик, на правой — Святая Варвара. Фигуры свободно располагаются в интерьере, глубина пространства которого подчеркнута правильным перспективным сокращением балок потолка, оконных рам, мебели. За открытыми окнами вновь виден пейзаж, еще сильнее углубляющий пространство. Яркие цветовые пятна — красные плащ Иоанна и подушка скамьи, на которой сидит Святая Варвара, зеленое, синее и золотистое в ее одежде — усиливают звучность колорита картины. Лица всех персонажей утонченнее, фигуры — стройнее. Интересна деталь, прямо заимствованная у Ван Эйка: выпуклое круглое зеркало на стенке в левой створке, подобное тому, что можно видеть в Ван Эйковском Портрете четы Арнольфини, исполненном четырьмя годами ранее.

Примерно к тому же времени можно отнести крошечный эрмитажный диптих, на створках которого изображены «Троица» и «Мадонна с Младенцем у камина». Образ Бога-Сына здесь близок по решению к Христу франкфуртской «Троицы», но его мертвое тело не имитирует скульптуру, а подчинено общему живописному строю композиции. Если левая створка дает картину сверхчувственного мира, то в правой художник обращается к показу реальной среды: перед зрителем типичная комната бюргерского дома с характерной обстановкой того времени. За решетчатым окном видны дома городка. Предметы здесь имеют и символический смысл, так, медный умывальник с полотенцем свидетельствует о чистоте и непорочности Девы Марии. Любовное внимание к передаче вещного мира, всех пластических, фактурных и красочных особенностей бытовых деталей сочетается с ощущением высшего духовного начала, связывающего все видимое в целостную гармонию.

Исполненные в тот же период парные мужской и женский портреты (ок. 1435, Лондон, Национальная галерея) демонстрируют изменение портретной концепции Кампена. Сохраняя пластическую и образную достоверность, художник отказывается от утрированного прозаизма. Меняется и композиционная схема: теперь мастер прибегает к погрудным изображениям. В цветовом строе все значительнее становится роль одежды. Можно и здесь видеть результат знакомства Кампена с творчеством Яна ван Эйка.

Робер Кампен, бывший вначале предшественником великих мастеров XV века — Яна ван Эйка и Рогира ван дер Вейдена и в определенной мере проторивший им путь, затем, когда они превзошли своего учителя, стал их последователем.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: